rss

Полковник Райан Диллон Объединённая оперативно-тактическая группа по осуществлению операции “Непоколебимая решимость”

English English, العربية العربية, اردو اردو

Телефонный брифинг
26 февраля 2018 года

 
 

Модератор: Приветствуем всех из Американо-европейского медиацентра в Брюсселе. Хочу поприветствовать участников нашего брифинга, связавшихся с нами по телефону со всей Европы, и поблагодарить всех вас за участие в этой дискуссии.

Мы очень рады, что сегодня к нам присоединился из Багдада Полковник Райан Диллон, Официальный представитель Объединённой оперативно-тактической группы по осуществлению операции “Непоколебимая решимость”.

Благодарим Вас, уважаемый Полковник Диллон, за то, что нашли время для беседы с нами сегодня.

Начнём сегодняшний брифинг со вступительного слова Полковника Диллона, а затем перейдём к вашим вопросам. Мы постараемся выслушать максимальное количество вопросов в отведённое нам время, которое составляет примерно 45 минут. Напомним, что сегодняшний брифинг проходит в режиме “для печати”.

На этом я передаю слово Полковнику Диллону.

Полковник Диллон: Отлично. Большое спасибо, и всем доброе утро. Я рад возможности поговорить с вами сегодня и предоставить обновленную оперативную информацию об усилиях Коалиции –

[Обсуждение параллельного перевода на русский язык.]

Полковник Диллон: Как я уже сказал, я предоставлю вам обновленную оперативную информацию об усилиях Коалиции по разгрому ДАИШ в Ираке и Сирии.

Начнем с Сирии, а затем перейдем к Ираку.

В Сирии продолжается борьба против террористов ДАИШ, которые по-прежнему представляют угрозу для народа Сирии и региона в целом. Поэтому Сирийские демократические силы (СДС) продолжают вести боевые действия против ДАИШ, в частности, вокруг Хаджина, вдоль реки Евфрат и в пустынных районах вдоль сирийско-иракской границы. В течение последней недели СДС завершили операции по разминированию в Хараидже и Аль-Бахре, а также в ранее освобожденных районах площадью более 100 квадратных километров.

Коалиция продолжает поддерживать наших партнеров из Сирийских демократических сил в борьбе против ДАИШ посредством советников, обмена разведывательной информации и высокоточных ударов. Мы по-прежнему привержены достижению нашей цели по разгрому террористов ДАИШ в Сирии. Любые не связанные с этим вопросы или операции отвлекают нас от действий по разгрому ДАИШ, уводя в сторону внимание от этой цели. Хотел бы очень четко заявить: Коалиция поддерживает только военные усилия, строго связанные с уничтожением ДАИШ, и мы призываем все стороны в регионе сохранять такую же нацеленность.

Как уже сообщалось, недавно Коалиция была вынуждена защищаться, когда мы и наши партнеры из СДС подверглись неспровоцированному нападению 7 февраля, после того как агрессоры пересекли с запада на восток реку Евфрат, которая является четко определенной границей в рамках мер по предотвращению конфликтов между Коалицией и Россией. После того, как начался обстрел штаба СДС, Сирийские демократические силы при поддержке Коалиции открыли огонь по этим агрессорам сочетанием авиационных и артиллерийских ударов. Советники Коалиции находились с подразделениями СДС, выполняя консультационную, вспомогательную и сопроводительную функции, и наши действия были предприняты исключительно в целях самообороны. В соответствии со стандартным протоколом предотвращения конфликтов Коалиционные силы поддерживали связь с россиянами и выражали им нашу обеспокоенность до, во время и после этого ничем не спровоцированного нападения на наши войска. Следует отметить, что Коалиция всегда сохраняет за собой право на самооборону и остается всячески приверженной выполнению нашей миссии по достижению полного разгрома ДАИШ.

Хотя наше внимание по-прежнему сосредоточено на изгнании террористов ДАИШ с остальной территории, которую они удерживают, мы также поддерживаем СДС в выявлении и нанесении ударов по иностранным боевикам-террористам, пытающимся бежать через соседние страны и причинять еще больший вред всему региону и всему миру. Мы гордимся прогрессом, достигнутым в этой работе, так как СДС захватили сотни этих террористов иностранного происхождения.

Наконец, мы осознаём, что любая действительно долгосрочная победа над ДАИШ требует сохраняющейся приверженности Глобальной коалиции обеспечению безопасности и стабилизации освобожденных районов. Потребность в безопасности удовлетворяется через местных партнеров, таких как Военный совет Манбиджа и Силы внутренней безопасности Ракки. В дополнение к предотвращению возвращения ДАИШ эти элементы обеспечения безопасности играют важную роль в обезвреживании множества самодельных взрывных устройств (СВУ) и мин-ловушек, оставленных после себя террористами ДАИШ. Это опасная, но необходимая работа, которую необходимо выполнить, прежде чем жители смогут вернуться в свои дома, и люди смогут вернуться на рабочие места. Такие усилия по установлению всесторонней безопасности помогают прокладывать путь к гражданским усилиям по удовлетворению местных потребностей.

Мы осознаём, что долгосрочная стабильность в этих районах должна исходить из гражданских и дипломатических направлений деятельности, при поддержке Глобальной коалиции, и мы по-прежнему привержены обеспечению того, чтобы эти организации могли выполнять свою работу в безопасных условиях, с тем чтобы могли быть восстановлены основные услуги, могли вновь открыться рынки и школы, и жизнь могла вернуться к норме.

Перейдем к Ираку, где Иракские силы безопасности продолжают операции по обеспечению безопасности и разминированию по всей стране, в результате которых в течение этого месяца найдены и обезврежены СВУ в десятках домов иракцев.

Кроме того, в провинциях Анбар, Ниневия и Салах ад-Дин Иракские силы безопасности продолжают находить пещерные сети ДАИШ с тайниками с оружием, содержащими большие запасы СВУ, поясов смертника и различных материалов по изготовлению бомб, которые являются смертельными напоминаниями о злодейском, фанатичном характере нашего врага. Местные правоохранительные органы и Федеральная полиция, армия и отряды полицейского спецназа находят, арестовывают или уничтожают террористов, стремящихся продолжать причинять людям вред.

Продолжающиеся усилия наших иракских партнеров по нейтрализации этих остатков ДАИШ демонстрируют нашу общую решимость продолжать бороться с этими террористами и защищать народ Ирака и всего мира от любого возможного возрождения террористических группировок.

Поэтому Коалиция будет по просьбе Ирака продолжать работать с Иракскими силами безопасности с акцентом на укреплении потенциала наших партнеров по защите своей страны с помощью сильных, устойчивых сил безопасности. Мы будем адаптировать свою поддержку на основании потребностей Ирака с особым акцентом на возможностях, необходимых для удержания освобожденных районов и обеспечения в них безопасности. Это означает, в качестве примера, дополнительное обучение и поддержку иракской полиции и пограничных войск.

В этой связи я рад объявить о продолжающимся дивестировании техники, необходимой для осуществления миссии, в пользу иракской полиции и пограничных войск. Мы распределили десятки контейнеров под названием “полицейский участок в коробке”, содержащих многие из необходимых принадлежностей для оказания помощи с организацией полицейских участков в их общинах. Аналогичное оборудование и связанное с ними обучение предоставляются Пограничным войскам Ирака, чтобы дать им возможность более быстро и эффективно обеспечивать безопасность в пограничных районах и предотвращать передвижение террористов в Ирак и из Ирака.

В то же время поддержка со стороны Глобальной коалиции помогает расширять возможности местных жителей по восстановлению своих общин. Для немедленного удовлетворения потребностей в области стабилизации 25 стран, в том числе многие партнеры из Глобальной коалиции под руководством США, обязались выделить более $785 млн в пользу Фонда финансирования стабилизации Программы развития Организации Объединенных Наций (ПРООН). Это инициатива, которая поддерживает местные органы власти и использует местных работников для восстановления основных услуг, оживления местной экономики и расчистки разрушений, оставленных после себя ДАИШ. С помощью этого фонда ПРООН уже завершила или начала осуществление более 1900 проектов по стабилизации в 25 различных освобожденных районах, содействуя возвращению более 3,3 миллиона перемещенных иракцев.

Мы высоко ценим продолжающуюся поддержку со стороны всех членов Глобальной коалиции, 71 страны и четырех международных организаций, которые вносят существенный вклад в обеспечение долгосрочного разгрома ДАИШ и, в конечном счете, безопасности и стабилизации в регионе.

Теперь я буду рад ответить на ваши вопросы.

Модератор: Спасибо, господин Полковник. Наш первый вопрос задаст Деджер Акал из турецкой службы Deutsche Welle.

Турецкая служба Deutsche Welle: Г-н Полковник, у меня два вопроса. Первый вопрос касается продолжающихся военных действий Турции против YPD. В Праге задержан Салих Муслим. Операция в Африне продолжается. И на прошлой неделе Эрдоган также продолжил политику давления, выступив с заявлением в связи с мандатами. Поступили сообщения о предложении Турции вытеснить YPD за пределы спорной территории после оценки ситуации на местах. Как Вы думаете, возможно ли это? Как Вы оцениваете это предложение?

И первый дополнительный вопрос: в Турции базируются многочисленные военные активы США, и она также является частью Коалиции, в которой она играет определенную роль. Хотелось бы знать, были ли вы свидетелями каких-либо трудностей или ограничений в связи с напряженностью в последнее время. Как бы Вы описали ваше сотрудничество с турецкими военными? Спасибо.

Полковник Диллон: Спасибо за вопрос. Я думаю, что понял большую часть из сказанного Вами, и если я что-нибудь пропущу в своем ответе, пожалуйста, дайте мне знать.

По этому поводу я могу сказать, что, как я уже заявил, задачей номер один Объединённой оперативно-тактической группы является разгром ИГИЛ, в частности, к востоку от реки Евфрат, а также предотвращение возрождения ИГИЛ в районах, которые уже были освобождены.

Как я также упомянул, в отличие от Ирака, где вся территория освобождена, ИГИЛ по-прежнему удерживает позиции в средней части долины реки Евфрат, и наши партнёры, Сирийские демократические силы (СДС), продолжают оказывать давление на ИГИЛ и ведут бои с целью освобождения этих районов и изгнания из них боевиков ИГИЛ.

Однако я могу сказать, что военные действия, которые в последнее время ведутся в Африне, являются отвлекающим фактором и оттягивают бойцов от средней части долины реки Евфрат, где они должны вести бои с целью разгрома ИГИЛ. Это вызывает обеспокоенность у Коалиции. И так как Турция является членом коалиции, и турецкие офицеры базируются в нашем штабе, мы заявили Турции, что происходящее в Африне оказывает воздействие на миссию по разгрому ИГИЛ.

Отмечу также, что мы сохраняем присутствие в Манбидже, где Коалиция предотвращает боевые действия между различными группировками в этом районе. Мы добиваемся успеха в этом плане, давая возможность местным органам власти закрепиться; и мы поддерживаем связь с нашими турецкими партнерами в этом районе почти на ежедневной основе в течение последних полутора лет.

Насколько мне известно, Министр обороны США Мэттис и Государственный секретарь Тиллерсон недавно встретились со своими коллегами из Турции и побеседовали с ними о достижении прогресса в плане поиска некоего механизма продвижения вперед в Манбидже. Мне пока не известно о каких-либо результатах этих дискуссий, но мы знаем, что дипломатические усилия всегда являются верным начальным этапом, позволяющим снизить уровень риторики и/или обсуждения любой конфронтации между союзниками по НАТО и партнерами по Коалиции.

На этом я остановлюсь, и если я не затронул какую-либо тему, пожалуйста, задайте мне вопрос опять.

Модератор: Большое спасибо. Наш следующий вопрос задаст Рим Момтаз из ABC News.

ABC News: Большое спасибо, г-н Полковник. У меня только один вопрос по Ираку, и два – по Сирии, если можно.

Давайте начнем с Сирии. Вы упомянули инцидент, в котором Вы, судя по всему, были вынуждены открыть ответный огонь. Газета Washington Post опубликовала несколько неплохих материалов о российских наемниках-подрядчиках, которые были вовлечены в этот инцидент. По сообщениям Washington Post, они поддерживали непосредственный контакт с Кремлем и с сирийскими властями непосредственно перед этой конфронтацией.

Можете ли вы что-нибудь еще сказать нам о причастности Кремля к провоцированию этого инцидента? Это первый вопрос.

Второй вопрос: “Спутник” сообщил в прошедший уикенд, что Сирийские демократические силы (СДС) планируют передать контроль над Манбиджем сирийскому режиму, что они сделали в Африне. Это верно или нет?

По Ираку, мы видели сообщения о том, что последняя неделя была, вероятно, самой смертоносной для Иракских сил безопасности с момента завершения операции по взятию Мосула прошлым летом, в результате увеличения количества нападений со стороны ИГИЛ во многих местах. Не могли бы Вы что-нибудь еще сказать на эту тему?

Полковник Диллон: Спасибо за вопросы.

Что касается первого вопроса об этих ударах и ничем не спровоцированном нападении на войска Коалиции и Сирийские демократические силы 7 февраля, я могу сказать, что я также ознакомился с сообщениями в открытых источниках. Мы не определили, кто именно начал эту атаку или спровоцировал ее, и каковы мотивы этих элементов. Однако я могу сказать, что, независимо от того, кто это сделал, наш ответ всегда будет таким же.

Как я уже отмечал во вступительном слове, наши действия были совершены исключительно в целях самообороны. Я бы сказал, что любой, кто осуществит нападение с применением артиллерии и танков, получит точно такой же ответ, который мы продемонстрировали. У нас есть неотъемлемое право защищаться, и мы будем делать это без колебаний.

В любом случае я надеюсь, что этот ответ послужит индикатором того, с какой серьезностью мы относимся к самообороне, и предотвратит повторение любых подобных атак.

Что касается Вашего второго вопроса, если не ошибаюсь, он касался СДС и их потенциальных сделок с режимом. У меня нет никакой информации об этом. Но я могу сказать, что Сирийские демократические силы являются испытанным партнером в борьбе с ИГИЛ. Ровно год назад Ракка была еще полностью в руках ИГИЛ. Никто не был готов к наступлению на город и удалению ИГИЛ из столицы группировки. СДС сумели сделать это. И Командующий СДС Генерал [неразборчиво] является замечательным полководцем, он верен своему слову, и всё, что он делает, он делает для сирийцев, и именно он принимает решения в этой конкретной части Сирии. Таков один из основных принципов нашей кампании в целом: работа в тесном сотрудничестве с нашими партнерами в Ираке и Сирии.

Далее, Ваш последний вопрос касался недавних нападений в Ираке. Хотя Премьер-министр Абади объявил в декабре о полном освобождении Ирака, и ни над одним городом или деревней страны более не реет черный флаг ИГИЛ, мы осознаём, что ИГИЛ по-прежнему представляет угрозу. Мы видим это в последнее время. Коалиция будет продолжать предоставлять иракцам разведданные и услуги советников, а также обеспечивать подготовку и поставлять технику для преодоления этих вызовов по мере продвижения вперед.

Я надеюсь, что ответил на Ваш вопрос.

Модератор: Спасибо. Наш следующий вопрос задаст Джулиан Барнс из Wall Street Journal.

Wall Street Journal: Спасибо.

У меня вопрос по Ираку, а затем, возможно, еще один по Сирии.

НАТО обсуждает возможность расширения своей учебной миссии в Ираке. Г-н Полковник, у вас есть соображения относительно того, какие районы Коалиция передаст миссии НАТО? И как вы обеспечите, чтобы не было дублирования функций? Я знаю, что в НАТО идут разговоры о создании своего рода системы профессионального военного образования в Ираке.

Следующий вопрос по Сирии: если будет достигнуто соглашение об отводе курдских сил к востоку от долины Евфрата, считаете ли Вы, что оставшиеся войска СДС будут достаточно сильны для удержания позиций и продолжения борьбы против сил ДАИШ, остающихся к востоку от Евфрата? Или курдские силы, являющиеся частью СДС, по-прежнему необходимы к востоку от Евфрата?

Полковник Диллон: Спасибо за вопросы. Начну с Вашего первого вопроса относительно НАТО в Ираке. НАТО уже является партнером по Коалиции. НАТО уже проводит некоторые миссии и тренинги в Ираке с Иракскими силами безопасности. Военная делегация НАТО только что посетила Ирак с целью проведения миссии по установлению фактов для выявления возможностей и поиска ответов именно на те вопросы, которые Вы задали. Делегация выясняла, какими НАТО располагает возможностями, которые альянс может предложить, не дублируя уже предпринимаемые усилия?

Многие страны НАТО уже работают здесь, в Ираке, обеспечивая нишевые возможности для Иракских сил безопасности, и я бы просто хотел отметить одно из направлений помощи. Мы говорили о переходе от крупных боевых действий к обеспечению безопасности для людей в Ираке. Один из наших генералов сказал во время битвы за Мосул, что будущее лицо иракской безопасности – это не солдат, а полицейский. И здесь, в Ираке, итальянцы обеспечивают подготовку спецподразделений Федеральной полиции. Я упомянул это потому, что итальянцы руководят Центром повышения квалификации сотрудников специальных подразделений полиции. Пожалуй, им нет равных в этой области. И поэтому выявление и обнаружение этих типов партнеров и определение того, как они могут улучшить подготовку иракцев по мере продвижения вперед, является сферой, которой мы уделяем очень много внимания.

Что касается Вашего второго вопроса, я не хочу вдаваться в гипотезы и предположения относительно того, что может произойти с СДС. Но я могу сказать, что Сирийские демократические силы представляют собой многоэтническую группу сирийцев, которая включает в себя арабов, курдов, туркменов, езидов и представителей других национальностей. Большинство в этой армии, насчитывающей в настоящее время 57 000 бойцов, составляют арабы. Однако мы осознаём, что в значительной степени руководство осуществляют курды, и они доказали, что могут работать вместе с другими. И мы будем продолжать обучать этих командиров, а также представителей других этнических групп, не только курдов, которые также ведут бои на передовой и принимают на себя ведущей роли. И многие из них уже прошли подготовку.

Надеюсь, что я ответил на Ваши вопросы.

Модератор: Спасибо. Следующий вопрос задаст Алек Лун из Daily Telegraph.

Daily Telegraph: Здравствуйте, господин полковник. Спасибо за то, что отвечаете на вопросы.

Я хотел бы кратко вернуться к нападению, осуществлённому 7 февраля. В настоящее время довольно ясно, что в результате этой атаки были убиты российские граждане. Вы не обеспокоены тем, что первое за полвека боестолкновение между гражданами США и России может вновь произойти в Сирии? Вы обеспокоены тем, что это может помешать сотрудничеству между Россией и Соединенными Штатами на военном и дипломатическом уровнях? И, наконец, считаете ли Вы, что теперь, после того как из страны вытеснено Исламское государство, растет угроза конфликта между внешними силами в Сирии?

Полковник Диллон: Спасибо за вопрос. Отвечая на первую часть, могу сказать, что в течение всего этого нападения 7 и 8 февраля мы поддерживали на ежедневной основе, с контактами по много раз в день, открытые каналы связи с нашими российскими коллегами в Сирии, с тем чтобы мы могли предотвращать конфликты в наших операциях. Мы поддерживали контакты, наблюдая за наращиванием этих сил перед нападением, осуществленным 7 февраля. Мы сообщили об этом нашим российским коллегам. И когда началась атака, мы немедленно связались с россиянами по телефону и поговорили также об этом нападении.

Профессиональный уровень общения по этой линии продолжается примерно с июня. На самом деле, линия предотвращения конфликтов существует с 2015 года, но я бы сказал, что она действительно активизировалась, когда мы начали видеть конвергенцию сил сирийского режима и Сирийских демократических сил, когда они приближались к Ракке и [неразборчиво] – в качестве примера. Это было примерно в мае-июне. Так что эта линия по предотвращению конфликтов сдала необходимой, когда мы начали ближе подходить к районам боевых операций друг друга. Эта линия по предотвращению конфликтов действует. Она всегда использовалась, и мы будем продолжать ее использовать, с тем чтобы мы могли продолжать продвижение к нашей цели разгрома ИГИЛ.

Это всё, что я могу сказать в ответ на ваш первый вопрос.

Ваш второй вопрос касался прибытия в Сирию внешних сил. Я просто скажу, что мы будем продолжать сосредоточивать внимание на нашей миссии, которая совершенно не менялась в течение трех лет, и она заключается в разгроме ИГИЛ. Мы с самого начала сохраняли эту позицию и не отходили от неё. И в результате этого ИГИЛ, который является глобальной угрозой, потерял более 98 процентов территории, которую он когда-то контролировал. 7,7 млн человек, которые когда-то находились под контролем ИГИЛ, теперь свободны.

Я бы также отметил еще один момент: ИГИЛ не сумел отбить ни единого дюйма, ни единого метра территории, которую захватили наши партнеры в Ираке и Сирии. Это связано с тем, что мы придаем большое значение силам по [удержанию] и защите этих районов, а также оказываем содействие местным силам безопасности и их утверждению на местах в качестве отзывчивых и представительных сил в районах, где ИГИЛ был побежден. Мы успешно используем эту схему, и именно так мы будем продолжать продвигаться вперёд в нашей борьбе против ИГИЛ.

Модератор: Большое спасибо. Наш следующий вопрос задаст Ана Писонеро из Europa Press в Испании.

[Нет ответа.]

Модератор: Перейдем к следующему вопросу, который задаст Лора Мейкин, представляющая Службу телерадиовещания Вооруженных сил Великобритании.

Служба телерадиовещания Вооруженных сил Великобритании: Здравствуйте, и доброе утро. Думаю, что у меня довольно простой вопрос.

Я пыталась найти дополнительные подробности вклада, который вносят в операцию “Непоколебимая решимость” Королевские Военно-воздушные силы Великобритании в течение последних двух месяцев. Меняется ли их вклад в последнее время в части, касающейся авиаударов?

Полковник Диллон: Могу сказать, что британские ВВС играют важнейшую роль на протяжении всей этой кампании. Я не могу сказать ничего конкретного по поводу их вклада по той или иной платформе или назвать количество нанесённых ими авиаударов. Но я могу отметить, что характер кампании несколько изменился для Коалиции в целом, и, как вы знаете, изменилось и количество авиаударов, которое в сентябре составляло 1500, включая как Сирию, так и Ирак. Могу Вам сообщить, что в январе это количество уменьшилось до менее 300 авиаударов, из которых некоторые по-прежнему приходятся на Ирак, но большинство – на Сирию, где мы ведем борьбу против ИГИЛ.

Число авиаударов в Ираке значительно сократилось из-за территориальных потерь группировки, но в то же время ВВС Ирака также в состоянии осуществлять многие авиаудары, в частности, в пустынных районах провинции Анбар. А в Сирии, опять же, эти удары в основном сосредоточены в районе средней части долины реки Евфрат.

Так что количество авиаударов значительно сократилось. Наш процесс и наши строгие стандарты осуществления авиаударов по легитимным военным целями и выявления наших целей не изменились, так же как и не изменились наши правила ведения боевых действий.

На этом я остановлюсь.

Модератор: Большое спасибо.

Пока мы ожидаем последние пару вопросов, г-н Полковник, к Вам один вопрос от Модератора.

Вы много говорили об успехе, достигнутом Коалицией, но не могли бы Вы немного рассказать о стратегии продвижения вперёд?

Полковник Диллон: Да. Мы говорили об успехе, а с точки зрения стратегии продвижения вперёд мы также немного говорили об утверждении местных сил безопасности и оказании им содействия в преодолении будущих вызовов и будущих угроз со стороны остатков ИГИЛ как в Ираке, так и в Сирии.

Я бы отметил важность учебного аспекта в Ираке, и мы уже говорили о переходе от крупных боевых операций. В ходе этой кампании Коалиция подготовила более 135 000 бойцов Иракских сил безопасности. Среди тех, кого мы обучили, – представители Сухопутных войск Ирака, полиции Ирака, Пограничных войск Ирака, Контртеррористической службы, Племенных мобилизационных сил, а также отрядов пешмерга, в которые входят бойцы Курдских сил безопасности, действующие в северной части Ирака.

Большинство тренингов, которые мы проводим для Иракских сил безопасности, осуществляют страны-партнеры США. Например, в этой области активны австралийцы, испанцы, немцы, датчане и итальянцы. И они продолжают работать по многим различным аспектам безопасности, будь то правоохранительная деятельность, совместные операции или нишевые возможности, о которых мы говорили, запуск беспилотников и сбор разведданных, или даже обсуждение использования горизонтальных и вертикальных строительных задач и элементов, которые смогут использоваться в течение долгого времени после их военного применения, и они также осуществляют переход.

Так что это лишь небольшая часть того, чем мы занимаемся с иракцами. Иракцы сами определяют, какой тип обучения им необходим, где они хотят организовать тренинг, и кого они хотели бы видеть в качестве инструкторов. И это будет продолжаться по мере продвижения вперед в этой кампании.

Модератор: Большое спасибо. Наш следующий вопрос задаст Ана Писонеро из Europa Press, попробуем снова включить ее линию.

Europa Press: Мой первый вопрос: не могли бы Вы предоставить нам какую-нибудь информацию о статусе Абу Бакра? Насколько нам известно из наших источников, он еще может быть жив.

Кроме того, не могли бы Вы немного рассказать о руководстве Исламского государства? О том, что от него осталось, и где эти лидеры в основном сосредоточены.

Не могли бы Вы также дать нам представление о количестве боевиков, которые возвращаются в Европу из Ирака и Сирии? Было бы здорово. Спасибо.

Полковник Диллон: Спасибо за вопросы. Что касается Абу Бакра аль-Багдади, мы знаем, что на протяжении всей этой кампании многие страны, много разных людей говорили о его смерти. Так как Коалиция не располагает конкретными доказательствами, позволяющими на 100 процентов быть уверенными в смерти Багдади, мы будем считать, что он жив. И поэтому мы будем продолжать охотиться за ним. И не только за Багдади, но и за каждым из опаснейших врагов, входящих в состав организации ИГИЛ.

Коалиция прилагает огромные усилия для ликвидации их сетей и срыва различных операций, которыми они руководят. Например, мы лишили их способности финансировать свою деятельность. Мы лишаем их способность вдохновлять, вербовать и перевозить иностранных боевиков-террористов. Мы говорили о борьбе с пропагандой ДАИШ. Так как в результате территориальных потерь они лишились своих баз операций в этой сфере в Ракке и Абу-Камале, их пропагандистские материалы уже не производятся на уровне 2014 и 2015 годов.

Таким образом, мы будем продолжать разрывать эти сети. И в то же время любая информация, которую мы получаем от любых задержанных, иностранных заключенных или высокопоставленных руководителей ИГИЛ, позволяет нам проливать свет на их оставшиеся сети и принимать соответствующие меры.

Я бы сказал, что в течение последних двух лет мы уничтожили почти 200 высокопоставленных руководителей ИГИЛ, лидеров группировки, и мы будем продолжать уверенно делать это, поскольку они пытаются по-прежнему сеять террор по всему миру.

Что касается числа иностранных боевиков-террористов, возвращающихся в Европу, оно нам не известно. Но мы намерены не позволить боевикам ИГИЛ покинуть Ирак и Сирию.

В рамках более широкой Коалиции создана Рабочая группа по противодействию иностранным боевикам-террористам, которая сосредоточивает усилия на поддержке и поощрении превентивного обмена информацией в области борьбы с терроризмом через соответствующие двусторонние и коллективные правоохранительные каналы. Одним из партнеров в составе Глобальной коалиции является Интерпол. Таким образом, обмен информацией между различными странами также помогает предотвращать возвращение террористов и позволил арестовать нескольких боевиков ИГИЛ, пытавшихся перемещаться по всему миру и по всему региону.

Надеюсь, что я ответил на Ваш вопрос.

Модератор: Большое спасибо. У нас также есть вопрос, направленный в письменном виде Терезой Энгеловой, представляющей Чешскую новостную организацию.

Ее вопрос: “Какова ваша позиция по отношению к провинции Идлиб, куда переместились элементы ИГИЛ после того, как Ракка была захвачена СДС? Собираетесь ли вы активно участвовать в преследовании этих радикальных элементов в данном районе? Или вы оставите это на усмотрение россиян и Ирана? Спасибо”.

Полковник Диллон: Спасибо за этот вопрос. Сейчас Идлиб не является местом, где действует Коалиция. Мы уже ранее говорили о линии предотвращения конфликтов, и мы говорили о том, насколько перегружено воздушное пространство над Сирией. И что касается любого будущего участия в операциях в этом районе, в случае необходимости состоится дипломатическое обсуждение возможных усилий Коалиции в этом плане.

В настоящее время мы продолжаем сосредоточивать усилия только на борьбе с ДАИШ, которая в основном ведется к востоку от реки Евфрат, и на предотвращении возрождения группировки на севере Сирии, в таких районах, как Манбидж. Так что мы не работаем в Идлибе, и решение об этом должны были бы принять правительства, которые направляют в состав Коалиции силы безопасности, войска.

Модератор: Большое спасибо. Наш следующий вопрос задаст г-жа Акал из турецкой службы Deutsche Welle.

Турецкая служба Deutsche Welle: – обеспокоенность в плане безопасности. Хотелось бы знать, что, на Ваш взгляд, может способствовать ослаблению опасений Турции. Что вы могли бы предложить для снятия этой обеспокоенности?

Полковник Диллон: Я думаю, что Вы на минуту отключились, и мы не услышали начальной части Вашего вопроса, но я понимаю, что Вы спрашиваете об обеспокоенности Турции.

Вообще-то я попрошу вас повторить начальную часть, потому что я не знаю, говорите ли вы об Африне, говорите ли вы о курдских элементах СДС. Вы не могли бы снова задать вопрос?

Турецкая служба Deutsche Welle: Мой вопрос таков: очевидно, что Турция обеспокоена группировками PYD и YPG и опасается курдского автономного региона на границе. Поэтому хотелось бы узнать Вашу позицию или Ваши взгляды в отношении того, что можно сделать для ослабления напряженности в отношениях между США и Анкарой и, конечно, в направлении стабильности в Сирии. Каким, по Вашему мнению, может быть путь продвижения вперед для того, чтобы Турция и США, а также YPG и PYD нашли общий язык? Что бы вы могли предложить?

Полковник Диллон: Я могу лишь прокомментировать то, что мы делаем, и что мы сделали с момента начала этого сотрудничества в мае. Это было буквально перед тем, как мы начали операции по изгнанию ИГИЛ из столицы группировки в Ракке. Именно тогда мы начали предоставлять технику курдским элементам Сирийских демократических сил.

Как я уже говорил ранее, в нашем штабе работают турецкие офицеры, и я также могу сказать, что у нас есть офицеры по связям, которые находятся в Анкаре и в Инджирлике. Но мы проявляем открытость и прозрачность в отношении типов оружия, которые мы предоставляем курдским элементам СДС. Опять же, в это время в прошлом году мы смотрели на Ракку, так называемую столицу халифата, и планировали ее окружение, а СДС были в наилучшем положении для наступления на город, и лишь они обладали возможностями для разгрома ИГИЛ в столице группировки.

Мы еще вели бои в Мосуле и видели, как сражается ИГИЛ, видели методы, используемые боевиками, в частности, применение транспортных средств с самодельными взрывными устройствами. Поэтому с самого начала сотрудничества в мае прошлого года вся техника, которую мы предоставляли курским элементам, была хорошо известна, и в течение всего этого времени мы делились соответствующей информацией с Турцией. Наши советники с самого начала работали с курдами, и СДС также заявили, что они будут использовать технику, которые мы предоставили им, исключительно для целей борьбы против ИГИЛ. Это техника также тщательно учитывалась и предоставлялась в ограниченных количествах для конкретных сражений в нашей борьбе против ИГИЛ.

Поэтому диалог и открытые каналы связи по-прежнему будут лучшим путём продвижения вперёд для снятия озабоченности турок по поводу террористических угроз на их границе. И мы, Соединенные Штаты, также осознаём, что Рабочая партия Курдистана (РПК) является террористической организацией, и мы понимаем законную обеспокоенность Турции в отношении ее приграничных районов.

Модератор: Большое спасибо. К сожалению, это был последний вопрос, на который у нас хватило времени.

Г-н Полковник, Вы хотели бы что-нибудь сказать в заключение?

Полковник Диллон: Большое спасибо. Я очень высоко ценю возможность поговорить с представителями столь многих различных средств массовой информации со всего региона. Я бы хотел сказать, что на настоящий момент борьба против ИГИЛ ведется невероятно успешно. Я говорил о более чем 7,5 млн человек, которые были освобождены из-под контроля группировки. Коалиция уменьшила способность ИГИЛ проводить операции на поле боя, планировать, финансировать и направлять террористические акты, а также вербовать и перевозить иностранных боевиков-террористов.

Мы будем продолжать работать с нашими партнерами в Ираке и в Сирии, а также в рамках более широкой Глобальной коалиции, продолжая устранять угрозы со стороны этих фанатичных террористов, с тем чтобы регион и территории наших стран могли оставаться свободными от этих террористов.

Это глобальные усилия, и мы гордимся тем, что участвуем в них, и мы просто надеемся, что будем продолжать двигаться вперед в верном направлении к полному и окончательному разгрому ДАИШ.

На этом я благодарю всех за участие в брифинге.

Модератор: Я также хочу поблагодарить Вас, уважаемый Полковник Диллон, за то, что присоединились к нам, и поблагодарить всех наших журналистов за участие в мероприятии и за ваши вопросы.


Посмотреть источник: https://www.state.gov/r/pa/ime/useuropeanmediahub/278880.htm
Этот перевод предоставляется для удобства пользователей, и только оригинальный английский текст следует считать официальным.
Рассылка новостей
Введите вашу контактную информацию, чтобы подписаться на новости или изменить параметры подписки.