rss

Первый заместитель Помощника Государственного секретаря Элис Уэллс из Бюро по делам Южной и Центральной Азии

English English, اردو اردو

Государственный департамент США
Офис официального представителя
Для немедленного распространения
БРИФИНГ “ДЛЯ ПЕЧАТИ”
5 марта 2018 года
Зал для корреспондентов СМИ
Вашингтон, округ Колумбия

 
Г-Н СЕЙЛС: Сегодня с нами беседует Элис Уэллс. Она является высокопоставленным сотрудником Бюро по делам Южной и Центральной Азии. В ходе брифинга, который проводится в режиме “для печати”, она расскажет о своей недавней поездке в Кабул, а также о конференции по Кабульскому процессу, состоявшейся на прошлой неделе. Как вы все знаете, мы хотели бы сосредоточивать вопросы на теме этого брифинга, и если у вас будут возникать другие вопросы на посторонние темы, мы сможем осветить их отдельно, но мы хотели бы в максимально возможной степени придерживаться главной темы. На этом я передаю микрофон высокопоставленному сотруднику Бюро Элис Уэллс для вступительного слова, а затем мы выслушаем ваши вопросы.

Г-ЖА УЭЛЛС: Спасибо за участие в сегодняшнем брифинге. Я надеялась провести его в пятницу, но помешало закрытие правительственных учреждений – и, честно говоря, я была рада этому, потому что я немного устала после перелёта, вернувшись в Вашингтон лишь утром того дня. Но я считаю, что конференция по Кабульскому процессу была действительно историческим и знаковым мероприятием. И, как сказал Президент Гани в своем обращении к СМИ, он действительно проявил храбрость и уверенность в успехе, выдвинув концепцию процесса примирения с талибами. На конференции, в которой приняли участие представители 25 других стран, меня поразило то, насколько эмоционально он подчеркнул важность достижения мира как национальной и религиозной обязанности.

Услышав выступление Президента Гани, я пришла к выводу, что он предлагает достойный мирный процесс. Талибам предлагается не капитуляция, а достойный процесс достижения политического урегулирования. И, опять же, он подчеркнул, что речь идет о переговорах без предварительных условий, о процессе, который приведет к прекращению насилия, ликвидирует связи с терроризмом и обеспечит уважение к конституции Афганистана. Но, на мой взгляд, было ясно, что правительство Афганистана внимательно прислушалось к талибам и с отзывчивостью отнеслось к их пожеланиям, отметив, что такие вопросы, как государственные должности, паспорта и удаление из списков террористов – являющиеся частью непосредственного механизма организации достойных переговоров, – занимают важное место в их планах и включены в это предложение, которое было выдвинуто Президентом Гани.

Его выступление было всеобъемлющим. Он говорил о политическом процессе, правовой базе, прекращении огня, талибах в качестве политической партии, участвующей в свободных и справедливых выборах. Он говорил о правовой базе, которая охватит этот процесс, в частности, посредством конституционных поправок и устранения международных или национальных санкций. Я думаю, что он также подкрепил своё предложение экономическим пакетом, осознавая важность реформ, баланса и развития, а также того, чтобы участникам боевых действий предоставили возможность вновь занять своё место, должное место в обществе. И то, что я увидела, было проявлением подлинной искренности усилий со стороны как правительства Афганистана, так и международного сообщества.

На мой взгляд, очевидно, что необходимо достичь соглашения с талибами, что должно быть выработано политическое решение, и я считаю, что мы очень ясно изложили это в рамках стратегии США в Южной Азии. Мы указали, что не допустим военной победы талибов, но целью нашей стратегии в Южной Азии является обеспечение пути к политическому урегулированию.

И я думаю, что здесь важно подчеркнуть, что целью переговоров не является присвоение легитимности той или другой стороне. Вполне очевидно, что афганское правительство не признаёт Исламский эмират Афганистана, и совершенно ясно, что талибы не признают правительство Афганистана. Признание может быть достигнуто в конце процесса, в котором, на мой взгляд, Соединенные Штаты могут играть определенную роль, могут содействовать ему, могут поддерживать его, но мы, конечно, не можем заменить афганское правительство и народ Афганистана.

Я часто слышала, как талибы в своих публичных выступлениях говорили о присутствии войск и удалении иностранных войск в качестве предварительного условия для переговоров, но я хотела бы подчеркнуть, что присутствие войск в стране является суверенным решением, решением, которое должно принимать правительство. Соединенные Штаты находятся в Афганистане не в качестве оккупационной державы, а в качестве гостя страны по приглашению афганского правительства. Это официально закреплено в двусторонней договоренности в области безопасности, которая была одобрена посредством традиционного для афганского народа механизма Лойя Джирга, и без какого-либо принуждения.

На этой конференции по Кабульскому процессу я увидела очень, очень решительную поддержку международным сообществом предложения, которое предусматривает активное продвижение вперед. Честно говоря, талибов, вероятно, застигло врасплох то, насколько вдумчивым и всеобъемлющим был пакет, выдвинутый Президентом Гани.

На этом я остановлюсь и выслушаю вопросы.

Г-Н СЕЙЛС: Ясно. Переходим к сессии вопросов и ответов. Просьба перед тем, как задать вопрос, представиться и назвать средство массовой информации, которое Вы представляете.

ВОПРОС: Франческо Фонтемаджи из AFP. За исключением предложения Президента Гани, что вселяет в вас такой оптимизм? Видите ли вы какие-либо признаки на поле боя от талибов, что с их стороны также может быть продвижение вперед? Вы сказали, что они были застигнуты врасплох, но считаете ли Вы, что они могут принять это предложение? И другой вопрос: Вы сказали, что нет никаких предпосылок, но – речь идёт о конституции. Означает ли это, что талибам будет предложено принять конституцию после того, как в нее будут внесены поправки, или им всё равно придется принять текущую конституцию?

Г-ЖА УЭЛЛС: Насколько мне известно, талибы официально не ответили на предложение. Вы видели комментарии в различных газетных статьях, но не было официального заявления от талибов. Я полагаю, что важность конференции по Кабульскому процессу состоит в том, что она позволила заострить разницу между тем, что предлагается, что находится на столе переговоров, и статусом-кво. Следует очень чётко заявить, что это пан-афганское предложение о достойных политических переговорах. И любой из вас, кто на самом деле наблюдал за ходом конференции, видел, что предложение выдвинул не только Президент Гани. Рядом с ним стояли Премьер-министр д-р Абдулла, Министр иностранных дел Раббани, его партнеры по правительству национального единства. Там находились представители гражданского общества, представители женщин, члены Высшего совета мира. Было выдвинуто гораздо более широкое видение, гораздо более широкое и всеобъемлющее предложение народа Афганистана.

И поэтому я считаю, что ответственность возлагается на талибов, и они должны ответить. В прошлом талибы выражали обеспокоенность процессом и его достоинством, и они пытались избежать принуждения, а пакет, который выдвинул Президент Гани, учитывает всё это. Следует отметить, что он выдвинул его лишь через несколько недель после очередного злодейского нападения талибов на горожан, в котором талибы использовали машину скорой помощи для совершения атаки против мирных жителей столицы, вопреки всем международным нормам и протоколам. Я считаю, что это было довольно смелое предложение Президента, который отражает убежденность афганского народа в том, что, в конце концов, должно быть достигнуто политическое урегулирование.

Так что мы будем внимательно наблюдать за ситуацией. Мы, конечно, призываем талибов серьезно отнестись к этому предложению. Впервые в рамках Кабульского процесса было опубликовано единодушное совместное заявление, принятое на основе консенсуса. Июньская конференция по Кабульскому процессу проходила иначе. Так что это предложение действительно отражает серьезность намерений со стороны международного сообщества в поддержку этих усилий правительства.

Что касается отсутствия предварительных условий, я думаю, что Президент Гани ясно заявил, что могут быть обсуждены поправки к конституции. На мой взгляд, международное сообщество уделяет большое внимание вопросу продолжения расширения прав граждан Афганистана. В своём выступлении на конференции по Кабульскому процессу я подчеркнула, что афганцы хотят мира, но не в ущерб своему собственному достоинству и расширению прав, и я, конечно же, считаю, что акцент Президента Гани на продолжении закрепления прогресса, достигаемого афганскими женщинами, является серьезным заявлением, которое мы должны также поддержать.

ВОПРОС: Дмитрий Кирсанов из ТАСС, российской службы новостей. Как Вы знаете, правительство Узбекистана планирует провести международную конференцию по вопросам мира и безопасности в Ташкенте в конце этого месяца. На конференцию приглашены Соединенные Штаты, Россия, Китай, Индия, Пакистан – огромное множество других стран и международных организаций. Во-первых, считаете ли Вы, что этот процесс дополняет Кабульский процесс и все другие усилия, предпринимаемые соответствующими международными партнерами? И, во-вторых, планируют ли Соединенные Штаты принять участие в конференции, и кто именно войдет в состав делегации?

Г-ЖА УЭЛЛС: Мы планируем принять участие в конференции в Ташкенте. Мы еще не решили, на каком уровне, но надеемся принять это решение в ближайшее время. Да, мы рассматриваем Ташкентскую конференцию как часть расширенного Кабульского процесса. Для нас важно, чтобы эти механизмы и конференции проводились и осуществлялись афганцами и под руководством афганцев; и, как вы знаете, идея о проведении конференции в Ташкенте возникла на встрече между Президентом Гани и Президентом Узбекистана Мирзиёевым в Ташкенте. Это был первый визит афганского лидера в Узбекистан, в ходе которого был подписан ряд соглашений, в том числе важные экономические соглашения о расширении связей между двумя странами. Мы считаем, что Центральная Азия и Узбекистан, особенно после вступления Мирзиёева на пост Президента, играют важную роль в воссоединении Афганистана с регионом, и связи в области энергетики, торговли и контактов между людьми чрезвычайно важны для стабилизации Афганистана. Так что, да, мы поддерживаем эту инициативу.

ВОПРОС: Спасибо.

ВОПРОС: Лалит Джа из PTI, Press Trust of India. Каковы Ваши впечатления в отношении роли Пакистана в этом мирном процессе? Как Вы уже говорили много раз, Пакистан должен играть важную роль в этом мирном процессе. И, во-вторых, считаете ли Вы, что переговоры и террор могут иметь место одновременно?

Г-ЖА УЭЛЛС: Переговоры и террор? Пакистан должен играть очень важную роль в мирном процессе. Мы считаем, что Пакистан, безусловно, может содействовать переговорам и принять меры по оказанию давления на талибов, призывая их двигаться вперед в направлении политически согласованного урегулирования. И мы взаимодействуем с Пакистаном, пытаясь определить, как мы можем работать вместе, как мы можем учесть законные опасения Пакистана, а также содействовать стабильности Афганистана в результате процесса переговоров. Очевидно, что, как подчеркивают пакистанские должностные лица, они видят самые разнообразные проблемы, исходящие от неуправляемых территорий в Афганистане, от управления границами и беженцев до терроризма. Они считают, что это важные вопросы, и мы согласны, что все эти проблемы должны быть решены в ходе процесса примирения.

Мы убеждены в важности активизации усилий по оказанию военного давления на талибов в рамках стратегии США в Южной Азии. Эти усилия в военной сфере помогают создать условия для переговоров и помогают подчеркнуть, что талибы не могут добиться военной победы, и, в конце концов, их законные жалобы должны быть рассмотрены за столом переговоров. Мы хотели бы, чтобы они сели за стол переговоров, чем раньше, тем лучше.

ВОПРОС: Могу ли я задать дополнительный вопрос по поводу того, что Вы сказали о законных опасениях Пакистана? Каковы эти –

Г-ЖА УЭЛЛС: Некоторые из них я только что упомянула. Пакистанцы озабочены по поводу управления границами; террористической группировки “Техрик-е Талибан” (TT); присутствия Пакистана в неуправляемом пространстве в Афганистане; проблемы беженцев. Афганско-пакистанские отношения весьма важны. Мы поддерживаем усилия по улучшению этих двусторонних отношений. В течение последних нескольких месяцев эти две страны обменялись визитами в целях заключения рамочного соглашения для расширения двусторонних связей. Мы поддерживаем этот процесс и считаем, что он важен.

ВОПРОС: Спасибо.

ВОПРОС: Ник Уодхэмс из Bloomberg. Учитывая, что ситуация в области безопасности, особенно в Кабуле, как представляется, всё более и более ухудшается, и контроль со стороны талибов будь то над территорией или населением, похоже, не уменьшается, каким рычагом вы обладаете в отношении талибов, который действительно заставил бы их сесть за стол переговоров? И считаете ли Вы что, есть какой-то один лидер талибов, который обладал бы силой для объединения этого движения, чтобы действительно привести талибов за стол переговоров, если существуют фракции талибов, которые не хотят вести переговоры?

Г-ЖА УЭЛЛС: Начну с последнего вопроса. Я считаю, что всегда будут существовать элементы и фракции, которые не будут участвовать в процессе, – назовем их непримиримыми. На мой взгляд, политический процесс определяет, кто готов к примирению, кто готов сесть за стол переговоров, кто готов придерживаться условий соглашения, достигнутого в результате политического процесса. Поэтому вместо того, чтобы предопределять, кто является непримиримым, давайте позволим процессу определить это. Но, конечно, мы ожидаем, что по-прежнему будут существовать элементы, и не только элементы движения Талибан, которые будут представлять угрозу терроризма, и которыми будет необходимо заняться правительству Афганистана при поддержке его партнеров

Что касается безопасности в Кабуле, на мой взгляд, к сожалению, мы можем ожидать, что, по мере того, как мы оказываем больше давления на талибов на поле боя и затрудняем для них проведение массированных наступлений, что им удавалось делать в ходе боёв в сельских районах, они будут корректировать свою тактику, и не будет сюрпризом, если мы увидим больше террористических методов, применяемых против горожан. И поэтому мы очень тесно сотрудничаем с правительством Афганистана в области укрепления безопасности не только в Кабуле, но и в других крупных городах.

Но это, к сожалению, является побочным продуктом того, что приносит больший успех в других регионах в рамках расширенный стратегии США в отношении Южной Азии. Я бы не сказала, что согласна с оценкой о том, что мы будем видеть расширение контроля со стороны талибов. Мы видим что талибы контролируют около 12 процентов населения страны, правительство контролирует около 56 процентов, а остальные районы являются спорной территорией. За последний год талибам не удавалось угрожать крупным городам. Так что, несомненно, они добиваются на поле боя гораздо меньшего, чем то, на что они надеялись, и эти неудачи талибов, опять же, будут продолжаться по мере того как мы будем задействовать всё больше активов в рамках стратегии США в Южной Азии.

Таким образом, мы будем продолжать видеть изменения условий на поле боя, но в то же самое время довольно широко открылась дверь для политического процесса. Поэтому неверно пытаться охарактеризовать стратегию в отношении Южной Азии просто как военный план. Существует две части этой стратегии, каждая из которых тщательно продумана и является местом для инвестирования, и, на мой взгляд, Президент Гани чрезвычайно эффективно изложил свое видение в отношении страны, а также в отношении талибов как граждан Афганистана.

ВОПРОС: Билл Галло, “Голос Америки”. Хотелось бы знать, заметили ли вы какие-либо изменения в поведении Пакистана в отношении Афганистана, с тех пор как США заморозили помощь этой стране?

Г-ЖА УЭЛЛС: Мы пока не видели решающих и устойчивых изменений в поведении Пакистана, но, конечно, мы будем продолжать вести переговоры с пакистанцами по областям, в которых, как мы считаем они могут играть полезную роль с точки зрения изменения численности талибов.

ВОПРОС: Могу ли я задать дополнительный вопрос по этой теме, который я в любом случае планировал задать? Выходит, что удержание иностранной помощи в заложниках неэффективно с точки зрения подобной ситуации?

Г-ЖА УЭЛЛС: Я бы не сказала. Я считаю, что мы начинаем определенный процесс с правительством Пакистана. У нас проходит серия контактов на высоком уровне; завтра здесь, в Вашингтоне, будет проводить встречи Министр иностранных дел Пакистана Джанджуа. Мы, конечно же, не отходим от Пакистана. Будет вестись очень интенсивной диалог как по нашим военным, так и по нашим гражданским каналам для обсуждения того, как мы можем работать вместе. Я хочу сказать, что Пакистан должен играть важную роль в оказании помощи со стабилизацией ситуации в Афганистане.

ВОПРОС: Мэтью Пеннингтон из AP. Считаете ли Вы что, в рамках этого мирного процесса под руководством афганцев когда-нибудь наступит время для проведения прямых переговоров между Соединенными Штатами и движением Талибан? Дело в том, что как представляется, талибы постоянно требуют именно этого: они хотят беседовать с США, потому что у вас есть рычаги воздействия, связанные с присутствием американских войск в Афганистане.

Г-ЖА УЭЛЛС: Опять же, я хотела бы повторить, что наши силы находятся там по приглашению суверенного правительства. Поэтому переговоры в отношении нашего действительного присутствия в стране мы ведем только с суверенным правительством Афганистана. Никто не исключает никаких формул, но я думаю, что в первую очередь должно быть достигнуто соглашение между талибами и правительством Афганистана о переговорах друг с другом. Опять-таки, это не предполагает признание друг друга. Это процесс переговоров между правительством Афганистана и политическим движением афганских талибов.

Я ожидаю, что после этого активную роль начнут играть многие региональные партнеры, заинтересованные в поддержке мирного процесса, что наблюдалось в процессе выпуска облигаций, который позволил создать правительство после свержения режима Талибан. На мой взгляд, будет существовать широкая международная поддержка переговоров, и дипломатическая архитектура, которая действует в настоящее время, подчеркивает это. Работает международная контактная группа, действует Кабульский процесс, и в прошлом шли переговоры в формате “6+1”. Мы провели четырехсторонние переговоры с участием китайцев, афганцев и пакистанцев. Международное сообщество организует свои усилия самыми различными способами, демонстрируя поддержку мирного процесса, но должен начаться непосредственный процесс между афганцами, который мы сможем поддержать.

ВОПРОС: Так каким, на ваш взгляд, должен быть первый шаг, перед тем как смогут начаться прямые переговоры между США и талибами?

Г-ЖА УЭЛЛС: Афганские талибы и правительство Афганистана должны иметь возможность вступить в переговоры. Это критически важный первый шаг.

ВОПРОС: Если прямые переговоры между США и талибами смогут помочь свести правительство и талибов –

Г-ЖА УЭЛЛС: Соединенные Штаты не –

ВОПРОС: – вы бы не пересмотрели свою позицию?

Г-ЖА УЭЛЛС: Соединенные Штаты не являются заменой для афганского народа и правительства Афганистана, а афганским талибам будет очень непросто убедить народ Афганистана в том, что – как они сами утверждают, – они уже далеко не те, кем они были в 1990-х годах, которые мы все помним очень хорошо. Поэтому очень важно, чтобы афганцы могли говорить друг с другом. И как, я думаю, только что продемонстрировал Кабульский процесс на прошлой неделе, международное сообщество будет оказывать огромную поддержку этим переговорным усилиям.

ВОПРОС: Эбигейл Уильямс из NBC. Уже в течение некоторого времени поступают сообщения о том, что Россия вооружает талибов. Видите ли вы это, и если видите, что делается для противодействия этому?

Г-ЖА УЭЛЛС: Я не могу ничего сказать о вооружении талибов. Однако я могу сказать, что мы обеспокоены тем, что Россия и Иран оправдывают действия талибов на том основании, что они выступают против группировки “ИГИЛ-Вилаят Хорасан”. На наш взгляд, это отсутствие консенсуса в отношении талибов и идея о том, что необходима дипломатическая разведывательная связь с талибами, наносят ущерб мирному процессу и перспективам мира, потому что это укрепляет экосистему талибов, которая вдохновляет и поддерживает эти террористические группировки в Афганистане.

Победить “ИГИЛ-Вилаят Хорасан” можно путем укрепления правительства Афганистана и работы с правительством Афганистана над разгромом ИГИЛ. Но не путем поддержки талибов. Так что мы обеспокоены подобным неоднозначным поведением стран региона.

ВОПРОС: И вы говорите на эту тему с россиянами?

Г-ЖА УЭЛЛС: Мы выражали свою обеспокоенность россиянам. Мы, конечно же, выражали свою обеспокоенность пропагандой, которая намекает на то, что Соединенные Штаты якобы не стремятся вести борьбу с “ИГИЛ-Вилаят Хорасан” и разгромить эту группировку. В течение последнего года мы интенсифицировали наши усилия по борьбе с “ИГИЛ-Вилаят Хорасан”. Мы утроили количество бомбардировок целей ИГИЛ. Мы расширили наши собственные военные усилия. Мы устранили с поля боя эмиров и более 1600 боевиков.

И эти усилия будут продолжаться, потому что, на мой взгляд, мы все понимаем, что, хотя талибы, возможно, представляют собой повстанческое движение, они являются афганскими националистами определенного типа. ИГИЛ является нигилистической силой, которая полна решимости разрушить Афганистан. И поэтому существует серьезное, крайне серьезное отношение к усилиям по разгрому ИГИЛ в рамках операции “Решительная поддержка” и со стороны двусторонних контртеррористических сил США, которые находятся в Афганистане.

Г-Н СЕЙЛС: У нас осталось время ещё для одного или двух вопросов. Этот вопрос, а затем последний.

ВОПРОС: Джеймс Эстилл из журнала Economist. Вы признаёте, что Пакистан имеет две или три законные претензии. Считаете ли Вы, что талибы имеют какие-либо законные претензии?

Г-ЖА УЭЛЛС: Безусловно. Мы с самого начала говорили, что законные претензии, выражаемые талибами в отношении правосудия, коррупции, хищнического управления страной в прошлом, – эти проблемы должны быть решены. И то, что мы –

ВОПРОС: Но как насчет разработки конституции, а не качества государственного управления?

Г-ЖА УЭЛЛС: На мой взгляд, именно поэтому было очень важно то, что Президент Гани предложил внести поправки в конституцию страны, с тем чтобы конституция принадлежала всему афганскому народу. Мы порекомендовали правительству Афганистана провести ряд реформ, которые предусмотрены Афганским договором и связаны с повышением качества государственного управления, вопросами экономики, примирения и военной безопасности, потому что на эти вопросы должны быть найдены ответы.

Г-Н СЕЙЛС: Ясно. Еще один вопрос. Сзади.

ВОПРОС: В прошлом месяце Директор национальной разведки заявил, что условия –

Г-Н СЕЙЛС: Вы бы не могли представиться –

ВОПРОС: О, Крис Гордон. Крис Гордон из Wall Street Journal. В прошлом месяце Директор национальной разведки заявил, что условия, вероятно, ухудшатся из-за политической нестабильности, нападений талибов, хронических финансовых проблем и отсутствия прогресса у Афганских национальных сил безопасности (АНСБ). Ваше ведомство согласно с этим?

Г-ЖА УЭЛЛС: Как я уже ранее отмечала, на мой взгляд, мы уже ставим заслон действиям талибов, и им не удаётся создавать угрозы для крупных населенных пунктов, как в 2016 году. И хотя незначительно расширился географический охват территории, контролируемой талибами, их способность действительно контролировать крупные населённые центры уже уменьшена благодаря изменениям, внесенным в соответствии со стратегией США в отношении Южной Азии. Мы будем продолжать расширять возможности Афганских национальных сил безопасности, укреплять их подразделения специального назначения, укреплять их способность осуществлять воздушные операции. И мы также будем участвовать в боевых действиях с более широкими полномочиями, как упоминал Генерал Мэттис.

Так что я считаю, что в течение срока действия этой стратегии, которая запланирована Афганскими национальными силами безопасности и поддерживается операцией “Решительная поддержка”, вы будете видеть постепенное сокращение возможностей талибов. И мы надеемся, что это окажет положительное влияние на их собственное решение о начале политических переговоров.

ВОПРОС: Могу ли я просто задать один быстрый вопрос –

Г-Н СЕЙЛС: Брифинг окончен.

ВОПРОС: Позвольте мне задать один быстрый дополнительный вопрос в продолжение вопроса Эбби по поводу вооружения талибов Россией. У вас нет доказательств этого, или вы просто не хотите обсуждать этот вопрос?

Г-ЖА УЭЛЛС: Я не могу ничего сказать на эту тему. Всё, что я могу сказать, это то, что мы видели общедоступную информацию, и что россияне публично заявили о своей готовности поддерживать дипломатические и разведывательные контакты с талибами. И это должно вызывать тревогу, потому что талибы не являются активом: они создают террористическую экосистему, которая позволяет 20 террористическим организациям орудовать в регионе Афганистана и Пакистана.

Г-Н СЕЙЛС: Это всё, на что у нас хватило времени.

ВОПРОС: Вы не могли бы сообщить дополнительные подробности о пребывании здесь завтра Министра иностранных дел Пакистана?

Г-ЖА УЭЛЛС: Министр иностранных дел будет находиться здесь завтра с визитом и проведет встречи с коллегами и представителями правительства. Если я не ошибаюсь, она также примет участие в мероприятиях, организованных аналитическими центрами.

ВОПРОС: Проведет ли она встречу с Государственным секретарем Тиллерсоном, перед тем как он отправится –

Г-ЖА УЭЛЛС: Она встретится с заместитель Госсекретаря Салливаном.

ВОПРОС: Ясно.

Г-Н СЕЙЛС: И это всё, на что у нас хватило времени.

ВОПРОС: Спасибо. Благодарим Вас за проведение этого брифинга.

Г-Н СЕЙЛС: Повторю, что брифинг проходил в режиме “для печати”. Позже сегодня во второй половине дня мы опубликуем его стенограмму.

ВОПРОС: Ясно. Спасибо.

ВОПРОС: Благодарим вас.


Этот перевод предоставляется для удобства пользователей, и только оригинальный английский текст следует считать официальным.
Рассылка новостей
Введите вашу контактную информацию, чтобы подписаться на новости или изменить параметры подписки.