rss

Брифинг высокопоставленного сотрудника администрации США после первого дня заседаний на Совещании министров иностранных дел “Большой семёрки” в Торонто

English English, العربية العربية, हिन्दी हिन्दी, اردو اردو

Государственный департамент США
Офис официального представителя
Для немедленного распространения
Брифинг с ограничением на использование информации
22 апреля 2018 года

 

Торонто (Канада)

ВЫСОКОПОСТАВЛЕННЫЙ СОТРУДНИК АДМИНИСТРАЦИИ: Министры государств “Большой семёрки” (“Группы семи”, G7) провели продуктивный и полезный обмен мнениями по ряду внешнеполитических приоритетов. Соединенные Штаты особо выделили три области, а именно – Северную Корею, Сирию и Россию. Я бы сказал, что у G7 было единство в отношении противодействия вредоносному поведению России, и страны рассмотрели шаги, которые они предпринимают по противостоянию негативным тенденциям, исходящим из Кремля, которые угрожают миру и безопасности.

По Сирии министры напомнили, что Россия является гарантом ликвидации химического оружия в Сирии, и она не справилась с этой ролью. Соединенные Штаты считают, что помощь с восстановлением совершенно не должна направляться в районы, находящиеся под контролем режима Асада.

МОДЕРАТОР: Речь о восстановлении, а не стабилизации.

ВЫСОКОПОСТАВЛЕННЫЙ СОТРУДНИК АДМИНИСТРАЦИИ: Да, я хочу сказать –

МОДЕРАТОР: Просто хотелось уточнить. Ясно.

ВЫСОКОПОСТАВЛЕННЫЙ СОТРУДНИК АДМИНИСТРАЦИИ: Да, конечно. Мы уже говорили об этом раньше; в этом ничего нового нет. Участники совещания выразили широкую поддержку Женевскому процессу и его максимальному укреплению, отметив, что это лучший способ прекращения гражданской войны и содействия политическому урегулированию.

Ещё один момент по Сирии: удар, нанесённый союзниками 13 апреля, не был единичной акцией, а являлся частью продолжительной кампании союзников по восстановлению фактора сдерживания химического оружия, которая предусматривает повторное использование военных средств в случае необходимости.

Состоялась также продуктивная дискуссия по Северной Корее, и вы наверняка уже видели сегодняшний твит Президента США. Вы ведь видели сегодняшний твит?

МОДЕРАТОР: По Северной Корее.

ВЫСОКОПОСТАВЛЕННЫЙ СОТРУДНИК АДМИНИСТРАЦИИ: По Северной Корее.

ВОПРОС: А, по Северной Корее.

МОДЕРАТОР: Твит опубликован сегодня утром.

ВЫСОКОПОСТАВЛЕННЫЙ СОТРУДНИК АДМИНИСТРАЦИИ: Так что ознакомьтесь с этим твитом. Президент сегодня высказался по Северной Корее. Я просто хотел подчеркнуть это.

Мы сказали, что приостановка Северной Кореей ядерных испытаний – это хорошая новость, которая также согласуется с предыдущим обещанием, данным Северной Кореей США в марте. Опять же, я бы хотел подчеркнуть то, что сегодня заявил Президент. Мы сказали, что не будем совершать тех же ошибок прошлого, потому что все инкрементные, поэтапные подходы к предыдущим переговорам закончились неудачей. Мы в первую очередь нацелены на существенный демонтаж ядерных программ Северной Кореи, и до тех пор пока не будет достигнута денуклеаризация, глобальная кампания максимального давления будет продолжаться.

Таковы основные моменты, которые я хотел отметить.

ВОПРОС: Можем ли мы начать с Северной Кореи? Вы имеете в виду, что кампания максимального давления будет продолжаться до того момента, когда в КНДР не останется ни одной единицы ядерного оружия, ни одной ядерной программы или ни одного ядерного объекта? Что Вы имеете в виду под этим?

ВЫСОКОПОСТАВЛЕННЫЙ СОТРУДНИК АДМИНИСТРАЦИИ: Как бы мне это сформулировать? Для достижения цели нашей политики по лишению Северной Кореи возможности угрожать Соединенным Штатам своей ракетно-ядерной программой, мы используем два пути: во-первых, глобальную кампанию максимального давления; и, во-вторых, переговоры. И я не хочу опережать саммит с Северной Кореей, если он вообще состоится, но в прошлом страны ослабляли давление на КНДР для улучшения атмосферы на переговорах. Мы не повторим эту ошибку снова.

ВОПРОС: Но в своем ответе Вы только что конкретно сказали, что необходимо лишить их способности угрожать Соединенным Штатам.

ВЫСОКОПОСТАВЛЕННЫЙ СОТРУДНИК АДМИНИСТРАЦИИ: И нашим союзникам.

ВОПРОС: Понятно.

ВЫСОКОПОСТАВЛЕННЫЙ СОТРУДНИК АДМИНИСТРАЦИИ: Прошу прощения. Да.

ВОПРОС: Мои коллеги из NHK в (неразборчиво) хотят услышать эту фразу.

ВОПРОС: Могу ли я задать вопрос по этой теме?

ВЫСОКОПОСТАВЛЕННЫЙ СОТРУДНИК АДМИНИСТРАЦИИ: Пожалуйста.

ВОПРОС: Вы сказали, что первоочередная задача – существенный демонтаж ядерного оружия Северной Кореи. Ожидаете ли Вы, что КНДР сделает это, и является это предварительным условием для предстоящего саммита между Соединенными Штатами и Северной Кореей?

ВЫСОКОПОСТАВЛЕННЫЙ СОТРУДНИК АДМИНИСТРАЦИИ: Я не хочу вдаваться в предпосылки, но скажу, что мы твёрдо решили не повторять ошибки прошлого, и мы не будем ослаблять кампанию глобального давления и продолжать политику стратегического терпения.

ВОПРОС: Ким Чен Ын в своих заявлениях не затронул проблему ракет средней дальности. Это вызывает обеспокоенность у Японии. Беспокоит ли это также США?

ВЫСОКОПОСТАВЛЕННЫЙ СОТРУДНИК АДМИНИСТРАЦИИ: Да. Да, беспокоит.

ВОПРОС: Что вы просите КНДР сделать?

ВЫСОКОПОСТАВЛЕННЫЙ СОТРУДНИК АДМИНИСТРАЦИИ: Мы добиваемся полной, поддающейся проверке и необратимой денуклеаризации Корейского полуострова. Программа создания межконтинентальных баллистических ракет (МБР) всегда сопровождает военную ядерную программу; они неотделимы друг от друга. И поэтому мы, разумеется, очень обеспокоены как ядерной программой, так и программой МБР, поскольку они неизбежно взаимосвязаны.

ВОПРОС: Приблизились ли вы к определению места проведения саммита?

ВЫСОКОПОСТАВЛЕННЫЙ СОТРУДНИК АДМИНИСТРАЦИИ: По этому вопросу нет комментариев.

ВОПРОС: Мы не могли бы перейти к России? Вы говорили о единстве “Большой семёрки”. Речь идёт о единстве G7 в отношении противостояния вредоносному поведению России.

ВЫСОКОПОСТАВЛЕННЫЙ СОТРУДНИК АДМИНИСТРАЦИИ: Да.

ВОПРОС: Ожидаете ли вы, что по итогам совещания будет принято жёсткое заявление на эту тему?

ВЫСОКОПОСТАВЛЕННЫЙ СОТРУДНИК АДМИНИСТРАЦИИ: По окончании встречи будет опубликовано коммюнике, содержащее положения о России.

ВОПРОС: У меня также дополнительный вопрос конкретно по Женевскому процессу. Некоторые люди, в том числе некоторые сотрудники администрации США, считают, что вам следует пересмотреть Женевский процесс, с тем чтобы можно было действительно достичь урегулирования. Обсуждалось ли это каким-либо образом? Или вы полагаете, что некоторые союзники могли бы поддержать что-то подобное?

ВЫСОКОПОСТАВЛЕННЫЙ СОТРУДНИК АДМИНИСТРАЦИИ: Я бы сказал, что Стаффан де Мистура всё ещё пользуется прочной поддержкой G7, и мы считаем, что лучшая возможность для ускорения политического урегулирования проходит через Женеву.

ВОПРОС: Что? (Смех.)

ВОПРОС: Но, как представляется, мы не добиваемся продвижения вперёд, в то время как в рамках Астанинского процесса, по крайней мере, проводятся встречи, и поэтому что-то происходит на местах. По-прежнему ли жив Женевский процесс, в то время как в Астанинском процессе, по крайней мере, наблюдается некоторое движение?

МОДЕРАТОР: Но, Кэрол, сравните, кто является частью Астанинского процесса, а кто – Женевского.

ВЫСОКОПОСТАВЛЕННЫЙ СОТРУДНИК АДМИНИСТРАЦИИ: Это точно – очень разные участники переговоров. Это связано с составом участников. И в Женеве работают верные люди.

МОДЕРАТОР: [Высокопоставленный сотрудник администрации] –

ВОПРОС: Вы сказали, что не будет вестись восстановление в районах, которые –

МОДЕРАТОР: Подождите минуту.

ВОПРОС: Извините.

МОДЕРАТОР: Но [Высокопоставленный сотрудник администрации] и я только что разговаривали внизу – и исправьте меня, если я не прав, но совсем недавно я говорил с Томом Шенноном, – о том, что страны признают, что Женевский процесс – это лучший путь продвижения вперед, несмотря на то, что он ещё не добился –

ВОПРОС: Да.

МОДЕРАТОР: – значительного прогресса. Однако Астанинский процесс в действительности не принёс успеха, так же как и Сочинский процесс и всё остальное. Поэтому Женевский процесс – это наш выбор. Это единственный путь к урегулированию.

ВЫСОКОПОСТАВЛЕННЫЙ СОТРУДНИК АДМИНИСТРАЦИИ: Международное сообщество поручило Организации Объединенных Наций играть ведущую роль в сирийском политическом процессе, и это не изменилось.

ВОПРОС: Но Организация Объединенных Наций может продолжать играть ведущую роль. Вопрос заключается в том, считаете ли Вы, что сделка, которая была заключена ранее, по-прежнему актуальна, учитывая изменения, произошедшие в Сирии в течение последних семи лет.

ВЫСОКОПОСТАВЛЕННЫЙ СОТРУДНИК АДМИНИСТРАЦИИ: Я бы сказал, что политический процесс, возникающий из любой гражданской войны, имеет взлеты и падения. Женевский процесс в настоящее время является основным путём достижения политического прогресса.

ВОПРОС: Вам придётся взаимодействовать с Россией, возобновить взаимодействие с Россией. Может ли это произойти в ближайшем будущем?

МОДЕРАТОР: Извините, Вы не могли бы повторить свой вопрос?

ВОПРОС: Для достижения успеха в Женевском процессе Соединенным Штатам и другим западным странам необходимо возобновить взаимодействие с Россией. Может ли это произойти в ближайшем будущем?

ВЫСОКОПОСТАВЛЕННЫЙ СОТРУДНИК АДМИНИСТРАЦИИ: Но дело в том, что мы взаимодействуем с Россией. И если Вы посмотрите на заявление, принятое в Ханое Соединенными Штатами и Россией, в нём россияне подтвердили, что Женевский процесс является путём для политического урегулирования. И они предпринимали определённые попытки в Сочи, также велась работа в Астане, но эти усилия не получают той поддержки, которой пользуется Женевский процесс. Это очень разные переговоры. И мы не считаем, что в настоящее время нужно что-то менять в этом плане.

ВОПРОС: Вы сказали, что не будут выделяться средства на восстановление районов, которые находятся под контролем Асада. А заморожены ли в настоящее время или поставлены под вопрос какие-либо средства на восстановление районов, которые не находятся под контролем Асада?

МОДЕРАТОР: Речь идёт о стабилизации, которая отличается от восстановления – просто хотелось бы уточнить.

ВОПРОС: Ясно.

ВЫСОКОПОСТАВЛЕННЫЙ СОТРУДНИК АДМИНИСТРАЦИИ: А каков размер суммы? Двести –

МОДЕРАТОР: И эти деньги до сих пор выплачиваются.

ВЫСОКОПОСТАВЛЕННЫЙ СОТРУДНИК АДМИНИСТРАЦИИ: 200 миллиардов долларов.

ВОПРОС: Двести миллионов, да.

ВОПРОС: Миллионов.

ВОПРОС: Об этом было объявлено буквально в феврале.

ВЫСОКОПОСТАВЛЕННЫЙ СОТРУДНИК АДМИНИСТРАЦИИ: Извините. Двести миллионов. Когда мы ищем и изучаем путь продвижения вперед, мы не хотим финансировать районы, находящиеся под контролем правительства Асада. И мы уже говорили об этом раньше. Я не знаю, что еще здесь можно сказать.

ВОПРОС: Да, ясно.

ВЫСОКОПОСТАВЛЕННЫЙ СОТРУДНИК АДМИНИСТРАЦИИ: Я не совсем понимаю суть вашего вопроса.

ВОПРОС: В настоящее время вы не предоставляете никакого финансирования, так что угроза удержания его от других районов –

ВЫСОКОПОСТАВЛЕННЫЙ СОТРУДНИК АДМИНИСТРАЦИИ: Нет, я сказал, что мы по-прежнему считаем, что это важно, и мы рассматриваем это как один из путей ускорения политического процесса. Это не –

ВОПРОС: А если район получит финансирование для целей восстановления, будет ли это подразумеваемым обещанием защищать его, если он когда-либо попадёт под контроль Асада после того, как будут израсходованы деньги на восстановление?

ВЫСОКОПОСТАВЛЕННЫЙ СОТРУДНИК АДМИНИСТРАЦИИ: Это гипотетический вопрос. Я просто говорю, что в настоящее время мы не хотим восстанавливать районы, которые находятся под контролем режима Асада.

ВОПРОС: Но если вы восстановите район, который находится под контролем, скажем, Сирийских демократических сил, а затем позже они придут к соглашению с центральным режимом в Дамаске –

ВЫСОКОПОСТАВЛЕННЫЙ СОТРУДНИК АДМИНИСТРАЦИИ: Вы выдвигаете слишком много предположений. Я просто говорю о том, где мы сейчас находимся.

ВОПРОС: [Высокопоставленный сотрудник администрации], в какой степени велась дискуссия о том, чтобы оставить дверь открытой для некоторого сотрудничества с Россией? С тем чтобы не совсем изолировать Россию, но продолжать некоторый диалог с ней, чтобы вы –

ВЫСОКОПОСТАВЛЕННЫЙ СОТРУДНИК АДМИНИСТРАЦИИ: Да.

ВОПРОС: – вы могли работать с ней в Сирии. И вы –

ВЫСОКОПОСТАВЛЕННЫЙ СОТРУДНИК АДМИНИСТРАЦИИ: Существует открытость к диалогу с россиянами, в то время как мы привлекаем их к ответственности за их вредоносную деятельность и их усилия по дестабилизации государств.

ВОПРОС: Что они должны сделать для того, чтобы диалог –

ВЫСОКОПОСТАВЛЕННЫЙ СОТРУДНИК АДМИНИСТРАЦИИ: Россия знает, что ей нужно делать.

МОДЕРАТОР: Напоминаю, что у нас по-прежнему имеется юго-западная зона прекращения огня, где перемирие до сих пор соблюдается приблизительно с июня или июля прошлого года.

ВЫСОКОПОСТАВЛЕННЫЙ СОТРУДНИК АДМИНИСТРАЦИИ: Это верно. Самое продолжительное перемирие, да.

ВОПРОС: Много ли было дискуссий о Думе и о том, очистили ли этот район россияне и сирийцы должным образом, с тем чтобы вы не могли ничего получить в этом месте?

ВЫСОКОПОСТАВЛЕННЫЙ СОТРУДНИК АДМИНИСТРАЦИИ: Я думаю, что большая часть дискуссии была посвящена важности ударов союзников в Сирии для восстановления фактора сдерживания применения химического оружия, что должно было быть сделано в прошлом, но теперь было сделано дважды за последний год.

ВОПРОС: И когда Вы сказали вначале, что это не единичная акция, Вы имели в виду, что сохраняете за собой прерогативу повторного удара в случае применения химического оружия?

ВЫСОКОПОСТАВЛЕННЫЙ СОТРУДНИК АДМИНИСТРАЦИИ: Да.

ВОПРОС: Или есть какой-то другой нюанс?

ВЫСОКОПОСТАВЛЕННЫЙ СОТРУДНИК АДМИНИСТРАЦИИ: Нет, нет, нет. Это всё, что я хотел сказать.

МОДЕРАТОР: Нам придётся завершить брифинг буквально через минуту.

ВОПРОС: Венесуэла?

ВЫСОКОПОСТАВЛЕННЫЙ СОТРУДНИК АДМИНИСТРАЦИИ: Венесуэла – да, Венесуэла будет фигурировать в коммюнике. Мы обсуждали эту тему – она будет в коммюнике.

ВОПРОС: Как часто вы продолжаете оказывать нажим на Мадуро через санкции?

ВЫСОКОПОСТАВЛЕННЫЙ СОТРУДНИК АДМИНИСТРАЦИИ: Да.

ВОПРОС: Пытаетесь найти какое-то политическое решение? Ожидаете выборы?

ВЫСОКОПОСТАВЛЕННЫЙ СОТРУДНИК АДМИНИСТРАЦИИ: Как Вы знаете, Вице-президент США недавно находился с визитом в Лиме для участия в Саммите Америк, и вопрос Венесуэлы был там приоритетным. И в коммюнике есть раздел, посвященный Венесуэле.

ВОПРОС: Ясно.

ВЫСОКОПОСТАВЛЕННЫЙ СОТРУДНИК АДМИНИСТРАЦИИ: Я не могу вспомнить, где оно находится. Я попытаюсь его найти и освежить в памяти.

ВОПРОС: Ничего, Вы не могли бы просто отправить его нам по электронной почте, и мы –

ВОПРОС: Да.

(Смех.)

ВОПРОС: Мы будем искать (неразборчиво). (Смех.)

ВЫСОКОПОСТАВЛЕННЫЙ СОТРУДНИК АДМИНИСТРАЦИИ: Извините, я не могу вспомнить, где оно находится. В –

ВОПРОС: Хорошо. Но эта тема будет включена?

ВЫСОКОПОСТАВЛЕННЫЙ СОТРУДНИК АДМИНИСТРАЦИИ: Да, она стояла на повестке дня.

ВОПРОС: Тот факт, что она включена в повестку дня –

ВЫСОКОПОСТАВЛЕННЫЙ СОТРУДНИК АДМИНИСТРАЦИИ: Да, она стояла на повестке дня.

ВОПРОС: Очень быстро: Вы упоминали ранее сегодня, что собирались поговорить об Иране и сообщить о статусе дополнительного соглашения.

ВЫСОКОПОСТАВЛЕННЫЙ СОТРУДНИК АДМИНИСТРАЦИИ: Да.

ВОПРОС: Добились ли вы какого-либо прогресса по этому поводу? Слышали ли Вы что-нибудь о том, что позволяет предположить, что достигается прогресс, или вы приблизились к нему?

ВЫСОКОПОСТАВЛЕННЫЙ СОТРУДНИК АДМИНИСТРАЦИИ: Министры “Большой семёрки” обсудили различные виды вредоносной деятельности Ирана, обсудили иранскую программу создания баллистических ракет и тот факт, что она неприемлема, и они также обсудили Совместный всеобъемлющий план действий (СВПД) и усилия, направленные на заключение дополнительного соглашения группой E3 и Соединенными Штатами.

ВОПРОС: Будут ли предприниматься какие-либо попытки переноса встречи “четвёрки”?

ВЫСОКОПОСТАВЛЕННЫЙ СОТРУДНИК АДМИНИСТРАЦИИ: Не знаю. Не знаю.

МОДЕРАТОР: Какой был вопрос?

ВЫСОКОПОСТАВЛЕННЫЙ СОТРУДНИК АДМИНИСТРАЦИИ: Будут ли предприниматься какие-либо попытки переноса встречи “четвёрки”. Я не знаю.

МОДЕРАТОР: Ясно. Мы ждем информации от них.

ВЫСОКОПОСТАВЛЕННЫЙ СОТРУДНИК АДМИНИСТРАЦИИ: Мы ждем ответа на запрос.

ВОПРОС: Насколько важным, на Ваш взгляд, будет завтрашний государственный визит Макрона в Вашингтон с точки зрения поиска решения проблемы СВПД, или нет?

ВЫСОКОПОСТАВЛЕННЫЙ СОТРУДНИК АДМИНИСТРАЦИИ: Так как Франция является частью переговоров по достижению дополнительного соглашения, Президент Трамп и Президент Макрон будут, естественно, обсуждать ядерную программу Ирана, но они также будут обсуждать широкий и обширный спектр дестабилизирующих инициатив Ирана по всему Ближнему Востоку.

ВОПРОС: Похоже, что вы провели день, практически подтверждая позиции, которые вы занимаете уже в течение длительного времени. Было ли какое-нибудь движение, какие-нибудь изменения?

ВЫСОКОПОСТАВЛЕННЫЙ СОТРУДНИК АДМИНИСТРАЦИИ: Такова цель совместного коммюнике – сообщить вам об этом. Я не хочу опережать коммюнике. Я просто хочу дать вам представление о том, что обсуждалось сегодня, и коммюнике – это действительно лучшее средство для любых объявлений.

МОДЕРАТОР: Пора завершать брифинг, друзья.

ВОПРОС: Когда мы говорим с европейскими дипломатами о СВПД, они, как представляется, утверждают, что никто – может быть, даже включая Вас, – на самом деле не знает, что удовлетворит Президента Трампа между этими переговорами. Вы разделяете это мнение?

ВЫСОКОПОСТАВЛЕННЫЙ СОТРУДНИК АДМИНИСТРАЦИИ: 12 января Президент США ясно дал понять, что он хотел бы заключить дополнительное соглашение с нашими европейскими союзниками, и мы работаем над этим в течение последних нескольких месяцев. Президенту будет представлен ряд вариантов, чтобы он мог принять решение.

ВОПРОС: Так что в настоящий момент мы еще не услышим об этом. Вы думаете, что оставшихся трёх недель будет достаточно –

ВЫСОКОПОСТАВЛЕННЫЙ СОТРУДНИК АДМИНИСТРАЦИИ: Слишком рано об этом говорить.

ВОПРОС: Спасибо. Благодарим за Ваше время.


Посмотреть источник: https://www.state.gov/r/pa/prs/ps/2018/04/280685.htm
Этот перевод предоставляется для удобства пользователей, и только оригинальный английский текст следует считать официальным.
Рассылка новостей
Введите вашу контактную информацию, чтобы подписаться на новости или изменить параметры подписки.