rss

Интервью Госсекретаря Майка Помпео для CNN

English English, العربية العربية, Français Français, हिन्दी हिन्दी, اردو اردو, Español Español

Государственный департамент США
Офис официального представителя
По телефону
24 июня 2018 года

 

Г-ЖА НОЙЕРТ: Итак, Элиза, у нас 10 минут, так что я не буду участвовать.

ВОПРОС:  Хорошо, хорошо. Г-н Госсекретарь, два месяца назад вам достался Госдепартамент в плачевном состоянии – сильно поредевшие ряды павших духом сотрудников, — который вы обещали вернуть в боевое состояние. Хотелось бы знать ваше мнение. Как вы думаете, насколько изменилась ситуация с момента вашего назначения?

ГОССЕКРЕТАРЬ ПОМПЕО: Прошло два месяца, и мы добились значительного прогресса по некоторым пунктам. Во-первых, мы стараемся давать меньше распоряжений и меньше контролировать: я разрешил сотрудникам принимать решения самостоятельно. Многие решения принимаются теперь не на седьмом этаже, а профессиональными кадрами, как я и собирался сделать – разрешить экспертам делать выводы, исходя из понимания направления, заданного Президентом, и понимания моих инструкций, чтобы они знали замысел руководства. Думаю, что это значительно повлияло не только на нашу способность реализовывать видение Президента, но и на возможность действовать теми же темпами, что и наши противники.

Во-вторых, мы много достигли в плане подбора персонала. Я лично принял присягу у большой группы сотрудников государственной службы, а также у некоторых руководителей. Кроме того, мы добились прогресса на Капитолийском холме, и в ближайшие недели мы ожидаем большее число заместителей Госсекретаря, помощников Госсекретаря, которых я буду продвигать. Таким образом, мы добились реального прогресса и в деле возвращения команды на поле.

В общем и целом, у нас также была возможность оказаться на передовой формирования политики. Мы проделали огромную работу – надо особо отметить команду – в Сингапуре, оказывая Президенту помощь в выполнении этой миссии. То же можно сказать в отношении работы по подготовке к саммиту НАТО. Все то, что вдохновляет людей на деятельность, ради которой они пришли в Государственный департамент.

ВОПРОС: Давайте коснемся Северной Кореи. В своем заявлении на саммите Ким Чен Ын в самых общих чертах согласился на сокращение запасов ядерного вооружения. Секретарь Мэттис, например, сказал, что пока не видел заметных шагов в этом направлении. Не могли бы вы более подробно рассказать о том, что и когда хочет сделать Северная Корея?

ГОССЕКРЕТАРЬ ПОМПЕО: Все это длилось сорок лет, а со времени соглашения прошло 12 дней, но я скажу следующее. Есть договоренности, которые предшествовали саммиту, есть и те, что были приняты во время пребывания Президента в Сингапуре, которые, я думаю, выводят нас на верную траекторию формирования основы успеха.

Но это было бы невозможно, нельзя было бы заложить основу успеха без двух основных лиц, принимающих решения, — в Северной Корее без руководителя, который четко выразил свое намерение сократить ядерное вооружение. Я слышал это своими ушами, когда был там в качестве директора ЦРУ; я слышал это своими ушами, когда приехал в Пхеньян в качестве Государственного секретаря, и я слышал это вновь в группе, в которой были Президент и Председатель Ким. Он недвусмысленно заявил, что готов на это. Мы впервые видели, как он говорил об этом в Северной Корее.

Будут еще трудности, многое предстоит сделать. Но все это было бы невозможно без решимости двух главных руководителей, и пока эта решимость существует, США готовы действовать в соответствии со словами Президента: создать светлое будущее для Северной Кореи и обеспечить гарантии безопасности для народа Северной Кореи.

ВОПРОС: Я хочу сказать, что, по вашим же словам, это, очевидно, начало процесса, ясно, что Ким Чен Ын должен был сделать эти заявления. Но вы сказали, что ваше терпение, терпение США, в этом отношении не бесконечно. Поэтому хотелось бы уточнить – определяли ли вы для себя, не хочу использовать слово «сроки», но сколько времени вы отводите на проверку серьезности этой решимости? Я слышала, что вы хотите попытаться предъявить что-то вещественное к концу лета, чтобы продолжить деятельность или понять, что пришло время переоценки?

ГОССЕКРЕТАРЬ ПОМПЕО: Элиза, мы постоянно производим переоценку. Это текущий процесс. И мы надеемся, что достижение прогресса тоже станет текущим процессом. Но послушайте, Президент выразился ясно. Все действия, которые мы предприняли, — его решение прекратить военные игры на высоком уровне – существуют только при условии наличия прогресса в переговорах в духе доброй воли, при достижении продуктивных результатов. Если мы не может сделать этого, если окажется, что нет потенциала для достижения результата, которого желают оба президента, — да, мы проведем повторную оценку, как это все – я не собираюсь определять сроки. Но через два месяца или через шесть, мы полны решимости двигаться вперед быстрыми темпами, чтобы достичь того, что решили сделать оба лидера.

ВОПРОС:  Вам предстоит саммит НАТО, поездка Президента в Великобританию, вскоре после введения Президентом этих тарифов. Я хочу сказать, что, по-моему, он довольно резко высказался о наших ближайших союзниках, и теперь Европейские государства и Канада заявляют, что, по их мнению, они не могут рассчитывать на США. И вам теперь труднее будет двигаться в направлении достижения главных политических целей, когда ваши друзья не с вами. Как вы собираетесь устранять разногласия в трансатлантическом альянсе?

ГОССЕКРЕТАРЬ ПОМПЕО:  В 80-х я был молодым солдатом в Германии. Я помню те же разговоры – боже, Европейских партнеров беспокоят действия США. Все это говорится, так? Мы собирались разместить ракеты, собирались вывезти ракеты – я мог бы говорить и говорить. Я часами мог бы говорить о вопросах, в которых США и Европа расходились во мнениях.

Я указываю на это для информации, потому что то, о чем вы говорили, не расходится с дискуссиями, которые Америка и Европа вели десятилетиями. В данном случае мы пытаемся обеспечить выполнение Европейскими партнерами своей части обязательств по созданию критического альянса с НАТО. Мы пытаемся обеспечить справедливость, взаимность и сбалансированность торговых соглашений между нашими странами.

Но каждый диалог, а я часто веду диалоги, я говорил с Христей Фриланд в течение последних 30 часов. Я говорил с министром иностранных дел Франции вчера утром, и я уверен, что буду говорить с Борисом на этой неделе. Все наши диалоги направлены на решение общих задач. Трещина в отношениях между США и Европой является преувеличением. У нас общие ценности и общие тревоги во многих областях. Я уверен, что мы будем работать в направлении поставленных Президентом целей, и эти моменты создают трудности в настоящее время; но в конечном итоге, альянс между Европой и США, опирающийся на традиционные ценности, этот трансатлантический альянс останется сильным, каким он и был в течение более чем 70 лет.

ВОПРОС:  Г-н Госсекретарь, Президент собирается вскоре встретиться с Президентом Путиным. Во время последней их встречи Путин сказал, что Россия не вмешивалась в выборы, а Директор Центрального разведывательного управления Коутс сказал, что, по его мнению, она вмешивается. И в свете того, что середина срока наступит уже через несколько месяцев, должен ли этот вопрос – не должен ли этот момент стать важным пунктом программы обсуждения на предстоящей встрече?

ГОССЕКРЕТАРЬ ПОМПЕО:  США и России многое нужно обсудить. Как вы знаете, посол Болтон уже отправился туда. Я говорил со своим коллегой Сергеем Лавровым пару раз за эти первые пару месяцев, о боевых действиях в Сирии ли, или о ситуации на Украине, или об активных мерах России. Я уверен, что Президент Трамп и Президент Путин обсудят целый ряд вопросов, и каждый из них важен для того, чтобы попытаться вернуть отношения в зону взаимопонимания. Русские, в отличие от европейцев, не разделяют наши ценности. Это иной диалог, но это все-таки диалог, который стоит вести.

ВОПРОС:  Но я не.. помимо этого, вы работаете сообща во многих областях, но не думаете ли вы – думаете ли вы, что проблема, фактически мешающая потеплению отношений, — недоверие?

ГОССЕКРЕТАРЬ ПОМПЕО:  Хочу сказать, они убили человека в Британии. Я мог бы продолжать. Неверно было бы говорить, что лишь один вопрос мешает установлению теплых отношений между двумя странами. Но не сомневайтесь, я думаю, что Президент Трамп согласен с тем, что вмешательство России в наши отношения – это то, чего они сделать просто не могут. Я не думаю, что он допустил бы подобное оскорбление.

ВОПРОС:  У меня еще пара вопросов, г-н Госсекретарь.

ГОССЕКРЕТАРЬ ПОМПЕО:  Пожалуйста.

ВОПРОС:  С тех пор, как США вышли из сделки с Ираном, Совместного всеобъемлющего плана действий (СВПД), мы стали свидетелями новых назначений, вы отправили сотрудников Государственного департамента и сотрудников министерства финансов для обсуждения следующих действий; вы также много говорили об Иране, включая угрозу, связанную с КСИР. Думаете ли вы, что следующим шагом, вероятно, может стать включение этой организации в список иностранных террористических групп?

ГОССЕКРЕТАРЬ ПОМПЕО:  Есть ряд следующих шагов. Не хочу излагать их прежде, чем Президент примет решение. Но

ВОПРОС:  Этот вопрос стоит на обсуждении, не так ли?

ГОССЕКРЕТАРЬ ПОМПЕО:  Многое – многое обсуждается, меры, которые, по нашему мнению, окажутся эффективными в отношении конечной цели, а это то, что, в конечном счете, и имеет значение, не так ли?

А конечная цель заключается в том, чтобы убедить Исламскую Республику Иран стать нормальной страной. Достаточно просто. Забавно, все говорили о моих 12 требованиях к Ирану. Они ничем не отличаются от моих требований к Бельгии, не так ли? Они ничем не отличаются от наших требований к… выберите страну – к Сингапуру, не так ли?

Быть нормальной страной. Не распространять терроризм, не запускать ракеты в международные аэропорты, не быть самым крупным государством-спонсором террора, выполнять требования к ядерному вооружению. Ни одно из этих требований не является трудным или выделяющим Иран; мы, скорее, просим Иран действовать так же, как государства, являющиеся членами сообщества государств; чтобы он вел нормальную торговлю, нормальные дипломатические отношения, все, к чему мы стремимся. Это однозначно. А об отдельных включениях в список или конкретной оперативной тактике я сегодня говорить не буду.

ВОПРОС:  Понятно. Хочу закончить вопросом о разворачивающемся иммиграционном кризисе. Вы видели фотографии разлучаемых семей, репортажи о том, что родителей отправляют с чужими детьми. Эта ситуация вызвала многочисленные протесты во всем мире. Мне хотелось бы знать, насколько беспокоит вас это пятно, которое может появиться на имидже США, и то, что вкупе с вопросом о тарифах, США воспринимается как протекционист, прикрывающий лавочку?

ГОССЕКРЕТАРЬ ПОМПЕО:  Да. Мне выпала честь быть министром иностранных дел самой щедрой нации в истории цивилизации; это относится к вопросам торговли, это относится к приему беженцев, это относится к нашей богатой истории гуманитарной помощи, имеется ли в виду средства на восстановление или население на местах. Меня совсем не волнует, если кто-то в мире воспринимает США как угодно, но не опорой надежды, демократии и свободы. Мы давно являемся ею, и при администрации Трампа ею останемся.

ВОПРОС:  Г-н Госсекретарь, в заключение…

Г-ЖА НОЙЕРТ:  Элиза, нам пора.

ВОПРОС:  Пожалуйста, последний вопрос.

ГОССЕКРЕТАРЬ ПОМПЕО:  Хорошо, мэм.

ВОПРОС:  Огромное спасибо, г-н Госсекретарь.

В развитие этого вопроса, в вашем департаменте есть консультанты по странам из некоторых из этих государств. Как вы знаете, в прошлом году в отчете Государственного департамента говорилось о необходимости обратиться к первопричинам и истинным ведущим силам нелегальной иммиграции, а именно: к бедности, насилию и преступлениям. Эти люди прибывают из некоторых наиболее опасных стран; есть ли какие-либо мысли по поводу того, какие совместные усилия мы можем приложить, чтобы продемонстрировать лидерство США в устранении данных корневых причин, что могло бы стать оптимальным средством для борьбы с некоторыми из этих имиджей?

ГОССЕКРЕТАРЬ ПОМПЕО:  Есть ряд аспектов деятельности администрации Трампа в описанном вами направлении, и да, мы, Государственный департамент, который принимает в этом участие, делаем все возможное, чтобы совместно со странами Северного треугольника создать условия на месте, чтобы им не приходилось пускаться в долгое, трудное и часто рискованное путешествие к Мексике и через Мексику в попытке попасть в США. Мы действительно считаем, что это важно. Но мы провели большую работу с этими странами Центральной Америки, чтобы решить вопрос нелегальной иммиграции, однако всегда можно сделать больше, и мы работаем в этом направлении.

Г-ЖА НОЙЕРТ:  Элиза, нам пора.

ВОПРОС:  Поняла. Г-н Госсекретарь —

ГОССЕКРЕТАРЬ ПОМПЕО:  Элиза, спасибо.

ВОПРОС:  Спасибо.  Спасибо, что уделили мне время, до скорых встреч.


Посмотреть источник: https://www.state.gov/secretary/remarks/2018/06/283504.htm
Этот перевод предоставляется для удобства пользователей, и только оригинальный английский текст следует считать официальным.
Рассылка новостей
Введите вашу контактную информацию, чтобы подписаться на новости или изменить параметры подписки.