rss

Брифинг Высокопоставленного сотрудника Государственного департамента по предстоящему выступлению Государственного секретаря Помпео по вопросу Ирана в Президентской библиотеке Рональда Рейгана

English English, العربية العربية, Português Português, Español Español, اردو اردو, हिन्दी हिन्दी

Государственный департамент США
Офис официального представителя
19 июля 2018 года

 
 

В режиме телеконференции

МОДЕРАТОР: Всем спасибо, и добрый день. Благодарим вас за участие в сегодняшней телеконференции. Мы рады тому, что сегодня здесь находится [Высокопоставленный сотрудник Государственного департамента] для анонса выступления Государственного секретаря Помпео по вопросу Ирана в Президентской библиотеке Рональда Рейгана в ближайшее воскресенье. Для вашего сведения, но не для включения в ваши материалы, отмечу, что мы приветствуем на этом брифинге [Высокопоставленного сотрудника Государственного департамента]. С этого момента мы будем называть его Высокопоставленным сотрудником Государственного департамента. Он начнёт с краткого выступления, а затем мы будем рады выслушать несколько вопросов. Напоминаю, что содержание данного брифинга не подлежит разглашению до завершения телеконференции.

На этом позвольте начать брифинг. Передаю слово Высокопоставленному сотруднику Государственного департамента.

ВЫСОКОПОСТАВЛЕННЫЙ СОТРУДНИК ГОСУДАРСТВЕННОГО ДЕПАРТАМЕНТА: Здравствуйте. Большое спасибо за участие в телеконференции. 22 июля в Библиотеке Рейгана Государственный секретарь выступит с речью под заголовком “Поддерживая голоса иранцев”. На этом мероприятии к нему присоединятся некоторые члены Конгресса, в том числе Председатель Комитета по иностранным делам Палаты представителей Эд Ройс и Сенатор Том Коттон. Кроме этого, в мероприятии примут участие в другие члены Конгресса.

В своем выступлении 22 мая Госсекретарь обнародовал новую стратегию администрации в отношении Ирана, и он несколько раз обращался непосредственно к иранскому народу. И теперь он продолжает этот разговор, выступая перед представителями иранской диаспоры в Соединенных Штатах. В Южной Калифорнии проживает около 250 тысяч американцев иранского происхождения.

В своем выступлении – я отмечу пару моментов, – он поделится своими соображениями в отношении приближающейся 40-й годовщины Исламской революции. Иранский режим является последним революционным режимом на Земле, и он экспортирует свою революцию по всему Ближнему Востоку. И Госсекретарь будет говорить о том, как в течение последних 40 лет режим обкрадывал иранский народ, совершал акты терроризма по всему региону и осуществлял жестокие репрессии внутри страны. Госсекретарь разоблачит некоторые аспекты коррупции режима и обратит внимание на религиозное преследование.

Как вы знаете, Государственный департамент проводит первое в истории совещание министров по вопросу свободы вероисповедания, и Госсекретарь будет говорить о преследовании религиозных групп в Иране. Он выскажется в поддержку законных требований иранцев, особенно их экономических требований в отношении повышения уровня жизни. Он предоставит обновленную информацию о нашей кампании максимального экономического давления и дипломатической изоляции. Что касается иранской диаспоры, Госсекретарь очень хочет, чтобы иранский народ наслаждался тем же качеством жизни, что и иранцы в Америке.

Таковы некоторые из основных моментов его выступления, и теперь я буду рад ответить на несколько вопросов.

МОДЕРАТОР: Отлично. Большое спасибо. Переходим к нашему первому вопросу.

ОПЕРАТОР: (Неразборчиво) вопрос задаст Барбара Ашер из BBC. Ваша линия открыта.

ВОПРОС: Здравствуйте, г-н [Высокопоставленный сотрудник Государственного департамента]. У меня два вопроса. Первый из них довольно короткий. Приглашены ли на это мероприятие представители Организации моджахедов иранского народа?

ВЫСОКОПОСТАВЛЕННЫЙ СОТРУДНИК ГОСУДАРСТВЕННОГО ДЕПАРТАМЕНТА: Я не знаю ответа на этот вопрос. Не думаю, что они приглашены.

МОДЕРАТОР: Ясно. Мы переходим к следующему вопросу.

ОПЕРАТОР: Его задаст Робин Райт из журнала New Yorker. Ваша линия открыта.

ВОПРОС: Здравствуйте, г-н [Высокопоставленный сотрудник Государственного департамента], спасибо за проведение этого брифинга. Два вопроса. Прежде всего, когда вы говорите о поддержке Соединенными Штатами акций протеста, означает ли это, что США поддерживают смену режима? Этот вопрос продолжает возникать. Администрация продолжает говорить, что нет, речь идёт лишь об изменении поведения, но выдвигаемые требования настолько радикальны, что они могут быть легко истолкованы как смена режима.

А во-вторых, вы не могли бы немного рассказать о переговорах в Хельсинки и о том, что произошло по вопросу Ирана в отношении Сирии, какого рода соглашения достиг Президент Трамп с Президентом Путиным, или что они обсуждали с точки зрения обеспечения того, чтобы Иран не приближался к израильской границе, в плане его сдерживания? И вы получили ли вы что-нибудь ощутимое по итогам встречи?

ВЫСОКОПОСТАВЛЕННЫЙ СОТРУДНИК ГОСУДАРСТВЕННОГО ДЕПАРТАМЕНТА: Спасибо за вопрос – за два вопроса. По первому из них – если вы посмотрите на список из 12 требований, которые Госсекретарь Помпео изложил в своей речи в мае, этот список из 12 требований отражал глобальный консенсус до заключения ядерной сделки с Ираном, и в то время никто не думал, что эти 12 требований были равносильны смене режима. Речь идёт об элементарных требованиях, которые мы могли бы предъявить любой нормальной стране, и размер этого списка лишь отражает масштабы вредоносной деятельности Ирана.

Этот список из 12 требований создали не мы. Этот список создал Иран. Мы лишь реагируем на него. Мы как бы ведём надлежащий учёт многочисленных угроз, исходящих от Ирана – включая ядерное оружие, терроризм, ракеты, нарушения прав человека, произвольное задержание иностранцев. Тот факт, что мы составили простой перечень этих угроз и требуем, чтобы Иран вёл себя как нормальный режим, не равносилен смене режима. Я призываю всех ознакомиться с каждым из этих 12 требований, и вы увидите, что все они являются элементарными требованиями, которые должна выполнять любая страна. Так что мы добиваемся изменения в поведении режима.

Что касается Хельсинки, единственное, что я могу сказать – то, что Соединенные Штаты по-прежнему привержены лишению Ирана возможности оказывать влияние в Сирии и углублять проникновение в Сирию. Мы не можем допустить “ливанизацию” Сирии. И поэтому наша политика – противодействовать Ирану и лишать его возможности оказывать влияние такого рода.

ОПЕРАТОР: Вопрос задаёт Ник Уодхэмс из Bloomberg. Ваша линия открыта.

ВОПРОС: Здравствуйте, г-н [Высокопоставленный сотрудник Государственного департамента]. Огромное спасибо.

ВЫСОКОПОСТАВЛЕННЫЙ СОТРУДНИК ГОСУДАРСТВЕННОГО ДЕПАРТАМЕНТА: Здравствуйте, Ник.

ВОПРОС: Почему Госсекретарь организует мероприятие, конкретно посвященное Ирану? Я хочу сказать, что есть много стран, где, например, граждане не имеют экономической свободы или свободы вероисповедания, или с правительствами которых США не согласны, но в данном случае Государственный секретарь прилагает огромные усилия для сосредоточения внимания на Иране. С чем это связано?

И не могли бы вы сказать, есть ли какие-либо признаки того, что администрация готова рассмотреть вопрос об отмене запрета на поездки в отношении Ирана? Как известно, против этого запрета довольно резко выступают многие американцы иранского происхождения. Благодарю вас.

ВЫСОКОПОСТАВЛЕННЫЙ СОТРУДНИК ГОСУДАРСТВЕННОГО ДЕПАРТАМЕНТА: По первому вопросу – в США есть очень большая и активная иранская диаспора. Многие из ее представителей находятся здесь со времен Исламской революции. Мы видим огромную разницу между той жизнью, которую они здесь ведут, и жесточайшим насилием и репрессиями, которым подвергаются граждане Ирана в течение в столь многих десятилетий.

И я видел это при многих администрациях, которые пытались наладить отношения с иранской диаспорой: многие иранские американцы всячески желают лучшей жизни для иранцев в Иране. Я видел это при многих администрациях, и нам важно поддерживать связи не только с диаспорой здесь, в Соединенных Штатах, но я думаю, что Госсекретарь будет продолжать также встречаться представителями иранской диаспоры в разных регионах мира и выступать перед ними.

По второму вопросу, который, если я не ошибаюсь, был посвящён запрету на поездки, наша поддержка иранских граждан и их способности осуществлять свои права на свободу слова и мирные акции протеста с принципиальной точки зрения является отдельным вопросом от реализации указа 9645. Как вы знаете, он ввёл ограничения на выдачу виз гражданам Ирана и шести других стран. Иран регулярно отказывается сотрудничать с Соединенными Штатами в определении угроз безопасности. Эта страна – источник значительных террористических угроз, государственный спонсор терроризма. Режим отказывается принимать своих граждан, в отношении которых приняты окончательные судебные постановления о депортации из Соединенных Штатов.

И поэтому визовые ограничения, которые мы ввели, были результатом отказа иранского правительства отвечать установленным нами критериям в области обмена информацией, а также факторов риска национальной безопасности и общественной безопасности. Отмечу, что ограничения на поездки не распространяются на студенческие визы.

Вы видели акции протеста граждан Ирана. Они протестуют против инфляции, безработицы, глубокой коррумпированности государственных органов, поддержки правительством терроризма. Мы поддерживаем их желание быть услышанными, и очень надеемся, что наступит день, когда иранский режим сможет соответствовать критериям национальной безопасности и общественной безопасности. И тогда мы сможем пересмотреть это ограничение и начать поиск путей поддержки легитимных поездок в Соединенных Штаты.

И, на мой взгляд, в майском выступлении Госсекретарь Помпео ясно указал, что эта стратегия – не только “политика кнута”. Мы представили очень позитивное видение будущего американо-иранских отношений, и это выбор, который должен сделать режим. Мы представили возможность договорных отношений с Соединенными Штатами, на случай, если Иран решит изменить свое поведение и начать вести себя как нормальная страна.

МОДЕРАТОР: Спасибо. Переходим к следующему вопросу.

ОПЕРАТОР: Слово предоставляется Кэрол Морелло из Washington Post. Ваша линия открыта.

ВОПРОС: Спасибо. Здравствуйте, г-н [Высокопоставленный сотрудник Государственного департамента].

ВЫСОКОПОСТАВЛЕННЫЙ СОТРУДНИК ГОСУДАРСТВЕННОГО ДЕПАРТАМЕНТА: Здравствуйте, Кэрол.

ВОПРОС: Вы упомянули, что Госсекретарь разоблачит коррупцию режима. Этот глагол, как представляется, предполагает, что у вас есть новые материалы, которые не были опубликованы. Вы могли бы рассказать об этом? А также, ожидаете ли вы, что Госсекретарь вообще будет говорить о документах, которые получила из Ирана разведслужба “Моссад”, и останавливаться на их деталях? И насколько вы им доверяете в данный момент?

ВЫСОКОПОСТАВЛЕННЫЙ СОТРУДНИК ГОСУДАРСТВЕННОГО ДЕПАРТАМЕНТА: Насколько мы доверяем документам из ядерного архива, изъятым израильтянами?

ВОПРОС: Да.

ВЫСОКОПОСТАВЛЕННЫЙ СОТРУДНИК ГОСУДАРСТВЕННОГО ДЕПАРТАМЕНТА: По первому вопросу, мы знаем сами и слышим от людей, протестующих в Иране, что режим приоритизирует идеологическую повестку дня в ущерб благосостоянию иранского народа. Это вывело Иран в экономический штопор. Доходы режима от продажи нефти, увеличившиеся в период осуществления Совместного всеобъемлющего плана действий (СВПД), могли бы пойти на улучшение жизни иранцев, а вместо этого они пошли террористам, диктаторам и проиранским боевикам по всему Ближнему Востоку. Вот что мы видим в Иране – это страна, которая обладает огромным богатством, но иранский режим набивает свои собственные карманы, а его граждане требуют более качественных рабочих мест, экономических реформ и расширения возможностей. И поэтому Госсекретарь отметит конкретные примеры коррупции представителей элиты режима. И я не хочу больше ничего говорить на эту тему, так как он сделает это сам.

По второму вопросу – мы считаем, что документы, которые были получены израильтянами, сумевшими обнаружить, взять под свой контроль и вывезти из Ирана этот огромный ядерный архив, который, если я не ошибаюсь, представляет собой документы весом около полутонны, являются подлинными и продолжают изучаться.

МОДЕРАТОР: Большое спасибо. Переходим к следующему вопросу.

ОПЕРАТОР: Франческо Фонтемаджи из AFP. Ваша линия открыта.

ВОПРОС: Здравствуйте, г-н [Высокопоставленный сотрудник Государственного департамента]. Спасибо за проведение этого брифинга. Президент Трамп несколько раз заявлял в последние дни, что Иран изменился с тех пор, как США вышли из СВПД, что он больше не нацеливается на Средиземноморье и Ближний Восток. Не могли бы вы сказать, как США оценивают внутреннюю ситуацию в Иране? Считаете ли вы, что эти протесты могут пойти дальше и, возможно, свергнуть режим в какой-то момент?

ВЫСОКОПОСТАВЛЕННЫЙ СОТРУДНИК ГОСУДАРСТВЕННОГО ДЕПАРТАМЕНТА: Вы не могли бы повторить первый вопрос? Я понял второй. Я не понял ваш первый вопрос.

ВОПРОС: Да. Президент сказал, что иранский режим больше не нацеливается, как раньше, на Средиземноморье и на остальную часть Ближнего Востока. Не можете ли вы сказать, на каком основании Президент говорит это, почему он решил, что режим изменил свое поведение на Ближнем Востоке?

ВЫСОКОПОСТАВЛЕННЫЙ СОТРУДНИК ГОСУДАРСТВЕННОГО ДЕПАРТАМЕНТА: У меня нет под рукой точного текста высказываний Президента, и я не хочу выходить за пределы того, что он сказал. Я буду рад еще раз взглянуть на этот текст, – и мы можем позже связаться с вами напрямую.

По второму вопросу об экономических показателях, как я уже говорил ранее, иранский режим грабит экономику страны для финансирования терроризма, а также финансирования своих внешних войн по всему Ближнему Востоку, и все экономические тенденции в Иране являются негативными. Мы наблюдаем постепенное, неуклонное сокращение прямых иностранных инвестиций. В конце июня иранский риал достиг рекордного минимума в 90 000 риалов за доллар на неофициальном рынке. Мы видим, что индекс Тегеранской фондовой биржи опустился после достижения рекордного максимума и продолжает снижаться. Когда вы смотрите на экономические прогнозы прямых иностранных инвестиций и бегства капитала на период до 2022 года, наряду с прогнозами о снижении доходов от нефти, все они указывают на негативные тенденции для Ирана. Но, как я сказал, это лишь результат ненадлежащего управления Ираном своей экономики.

Иранская банковская система сталкивается с кризисом ликвидности. Иранцы не следуют международным банковским стандартам, и есть причина, по которой они не следуют им: они преднамеренно делают экономику непрозрачной. Их цель – обманывать прямых иностранных инвесторов, чтобы они не знали, финансируют ли они коммерческую деятельность или терроризм, и Иран мастерски использует подставные компании. И этот доход затем используется для финансирования Ираном терроризма и внешних войн.

Поэтому, когда вы смотрите на обменный курс риала с долларом, смотрите на потребительские цены, фондовую биржу, прямые иностранные инвестиции, бегство капитала, все эти макроэкономические показатели движутся в неверном направлении, и это просто является функцией клептократического режима.

МОДЕРАТОР: Ясно. Следующий вопрос, пожалуйста.

ОПЕРАТОР: Вопрос задаст Уоррен Стробел из Reuters. Ваша линия открыта.

ВОПРОС: Спасибо. Я хотел бы вернуться к вопросу общей цели политики в отношении Ирана. В своей майской речи Госсекретарь Помпео сказал, цитирую: “После того, как наши санкции вступят в силу, [Иран] будет вести битву за удержание своей экономики на плаву”. Страны, которые сражаются за удержание своей экономики на плаву, как правило, либо неустойчивы, либо находятся в процессе коллапса. И вопрос в том, продумала ли администрация потенциальные непреднамеренные последствия экономического нажима на Иран.

ВЫСОКОПОСТАВЛЕННЫЙ СОТРУДНИК ГОСУДАРСТВЕННОГО ДЕПАРТАМЕНТА: Мы просто смотрим на это через такую призму: мы знаем, что Иран использует свои экономические доходы для финансирования терроризма. Нет ни одной страны в мире, которая спонсирует больше терроризма, поддерживает больше терроризма, чем Иран, и наша кампания максимального экономического давления призвана просто лишить Иран финансовых ресурсов, которые он использует для содействия терроризму. Однако одним из других элементов является то, что значительная часть денег, которые не тратятся на терроризм и внешние войны, идет элите режима и обогащает чиновников. Но речь не идёт о какой-либо более широкой цели, кроме того, что слабая экономика означает, что правительство не получает доходы, которые ему нужны для финансирования терроризма.

Я подброшу ещё несколько цифр: Иран потратил более $16 млрд на поддержку Асада и своих приспешников в Ираке и Йемене, и он также ежегодно даёт $700 млн ливанской группировке “Хезболла”. Насколько мне известно, Иран предоставил режиму Асада кредитные линии на сумму $4 млрд. Так что доход является движущей силой войны, и Иран тратит миллиарды и миллиарды долларов в других странах, дестабилизируя эти важные страны Ближнего Востока, как я уже говорил, будь то Сирия, или Ливан, или Ирак, или Йемен, и это влечёт за собой последствия второго и третьего порядка.

Очевидно, что деньги, которые он использовал для поддержки режима Асада, способствовали разжиганию кризиса беженцев, который является самым серьезным со времен Второй мировой войны. И поэтому, когда вы смотрите на общую картину на Ближнем Востоке, на всё насилие, кровопролитие и беспорядки, значительная часть этого поддерживается Ираном. И именно поэтому мы пытаемся лишить режим доходов, которые позволяют ему реализовать свои революционные и идеологические амбиции.

Г-Н ГРИНАН: Отлично. Всем спасибо. На этом закончилось время, отведённое нам сегодня для обсуждения воскресного выступления Госсекретаря. Я благодарю нашего собеседника, [Высокопоставленного сотрудника Государственного департамента]. Напоминаю, что брифинг проходил в закрытом режиме, и на собеседника следует ссылаться в качестве Высокопоставленного сотрудника Государственного департамента. Запрет на разглашение содержания этой части телеконференции отменяется, и прошу желающих оставаться на линии, так как через несколько минут мы начнем второй закрытый брифинг для обсуждения участия Госсекретаря в Австралийско-американских консультациях на уровне министров 2018 года в Пало-Альто.

На этом я завершаю брифинг. Благодарю нашего сегодняшнего собеседника, и спасибо всем за участие.

ВЫСОКОПОСТАВЛЕННЫЙ СОТРУДНИК ГОСУДАРСТВЕННОГО ДЕПАРТАМЕНТА: Огромное спасибо.


Посмотреть источник: https://www.state.gov/r/pa/prs/ps/2018/07/284223.htm
Этот перевод предоставляется для удобства пользователей, и только оригинальный английский текст следует считать официальным.
Рассылка новостей
Введите вашу контактную информацию, чтобы подписаться на новости или изменить параметры подписки.