rss

Выступление Государственного секретаря Майкла Помпео «Поддерживая голос иранского народа» в Президентском фонде и библиотеке Рональда Рейгана

English English, العربية العربية, Français Français, हिन्दी हिन्दी, Português Português, Español Español, اردو اردو

ГОСУДАРСТВЕННЫЙ ДЕПАРТАМЕНТ США
Офис официального представителя
Для немедленного распространения
22 июля 2018 года
Сими-Вэлли, Калифорния

 

ГОССЕКРЕТАРЬ ПОМПЕО: Спасибо. Спасибо. (Аплодисменты). Большое спасибо. Фред, спасибо за теплые слова. Они напомнили мне о том периоде, через который я прошел во время утверждения на должность: тогда охотились за всеми, кого я когда-либо знал, и нашли одного из молодых людей, которые играли со мной в баскетбол в Лос-Амигос; цитирую его – ему задали вопрос о том, насколько я был хорош. И он ответил: «Ну, он сделал, что мог» (Смех).

Спасибо за теплые слова и спасибо за то, что принимаете меня здесь, в Президентском фонде и библиотеке Рональда Рейгана. Это совершенно особое место, и для меня находиться здесь – большая честь.

Я также хочу поблагодарить моего друга Тома за то, что присоединился ко мне сегодня вечером. Вместе с ним мы участвовали во многих миссиях, и я уверен, что и в ближайшем, и в отдаленном будущем мы будем продолжать действовать в том же ключе.

Приятно также видеть здесь Губернатора Уилсона. Когда-то давно я голосовал за Вас пару раз (Смех).

Я также знаю, что на сегодняшнем вечере с нами многие представители Ирано-Американского сообщества. Это лишь малая часть от четверти миллиона американцев иранского происхождения только в Южной Калифорнии. Здесь также присутствует много гостей — американцев иранского происхождения — со всей территории США. Спасибо. С нетерпением жду ваших выступлений сегодня вечером, чтобы больше узнать о том, как вы рассматриваете ситуацию в Иране, и понять, с чем сталкиваются ваши любимые и друзья, живущие в этой стране.

Я также понимаю, что иранская диаспора неоднородна. В нее входят люди разной судьбы и разных религиозных верований, и это хорошо, не все американцы иранского происхождения имеют одинаковый взгляд на вещи. Но я думаю, что все со мной согласятся в том, что режим в Иране был и остается кошмаром для иранского народа, и важно, чтобы ваше единство в этом вопросе не умалялось различиями в других отношениях.

Я хочу сказать нашим американцам иранского происхождения и – нашим друзьям, американцам иранского происхождения, что администрация Трампа мечтает о том же для народа Ирана, о чем мечтаете и вы, и нашими трудами и с божьей помощью этот день придет. (Аплодисменты)

В следующем году наступит 40-я годовщина Исламской революции в Иране. И сорокалетние плоды этой революции, как я поясню через минуту, были горькими. Сорок лет клептократии. Сорок лет народное богатство тратится на поддержку терроризма. Сорок лет простых иранцев бросают в тюрьмы за мирное выражение своих прав. Почему режим был таким отвратительным на протяжении последних 40 лет и создавал подобные условия для своего народа? Это важный вопрос.

Ответ находится у истоков и заключается в революционной природе самого режима. (Аплодисменты)

Идеологами, насильственно пришедшими к власти в 1979 году и остающимися у власти в настоящее время, руководит желание привести всё иранское общество к догмам Исламской революции. Режим также стремится распространить революцию на другие страны, если понадобится, силой. Конечной целью режима является полное торжество революции внутри страны и за рубежом. Таким образом, режим потратил четыре десятилетия на мобилизацию всех элементов экономики, внешней политики и политической жизни Ирана, чтобы служить этой цели. Для режима благополучие, безопасность и свобода иранского народа являются приемлемыми жертвами на пути к победе революции.

В экономическом плане мы видим, как решение режима о том, что идеологическая программа имеет приоритет над благосостоянием иранского народа, привело к тому, что Иран вошел в длительный экономический штопор. В период ядерной сделки растущие доходы от иранской нефти могли бы использоваться для улучшения жизни иранского народа. Однако эти средства были отданы террористам, диктаторам и вооруженным отрядам. Сегодня, благодаря субсидиям режима, рядовой боевик группировки «Хезболла» зарабатывает в два-три раза больше, чем иранские пожарники на улицах Ирана. Бесхозяйственность режима привела к падению стоимости риала. Треть иранской молодежи – безработные; треть иранцев живет за чертой бедности.

Горькая ирония экономической ситуации в Иране заключается в том, что режим набивает карманы, в то время как народ остро нуждается в работе, и реформах, и возможностях. Иранская экономика процветает, но только если вы входите в элиту с политическими связями. Два года назад иранцы справедливо возмущались, когда просочилась информация о ведомостях, где указывались огромные суммы денег, необъяснимо поступавшие на банковские счета высших должностных лиц.

Примеров широко распространившейся коррупции много.

Например, Садик Лариджани, глава судебной власти Ирана. Он стоит, как минимум, $300 млн. Он получил эти деньги, присвоив государственные фонды и переведя их на свой банковский счет. Администрация Трампа наложила на Лариджани санкции за нарушение прав человека, потому что мы не боимся принимать меры против режима на самом высоком уровне. (Аплодисменты). Скажите, что я сошел с ума – не вы первые – но я несколько скептически отношусь к тому, что вор, к которому были применены международные санкции, должен занимать самую высокую должность в судебной системе Ирана. (Смех и аплодисменты).

Бывшего офицера Корпуса стражей исламской революции (КСИР) и Министра внутренних дел Садека Масули называют «генерал-миллиардер». Он прошел путь от бедного офицера КСИР в конце войны между Ираном и Ираком до миллиардера. Как это произошло? У него талант выигрывать прибыльные контракты на строительство и торговлю нефтью у предприятий, связанных с Корпусом. А может быть, приятельство в колледже с Махмудом Ахмадинеджадом тоже как-то сыграло в этом роль. (Смех)

Аятоллы также участвуют в этом действе. Судя по их огромному состоянию, богатство интересует их больше, чем религия. Эти лицемерные святоши использовали разного рода мошеннические приемы, чтобы стать самыми богатыми людьми на земном шаре, в то время как их народ страдает.

Великий аятолла Макарам Ширази известен как «сахарный султан» в связи с незаконной торговлей сахаром, которая принесла ему более $100 миллионов. Под его давлением правительство Ирана снизило субсидии для внутренних производителей сахара, в то время как он наводнял рынок собственным более дорогим импортным сахаром. Деятельность такого рода лишает простых иранцев работы.

Другой аятолла, который в течение последних 30 лет был одним из лидеров пятничной молитвы в Тегеране, организовал перевод нескольких прибыльных шахт от правительства в его фонд. Сейчас он тоже стоит миллионы долларов.

Немногие это знают, но у Аятоллы Хаменеи есть собственный, личный неподотчётный хеджевый фонд «Сетад» стоимостью $95 миллиардов. Это богатство не облагается налогом, получено нечестным путем и используется как грязные деньги для Корпуса стражей исламской революции (КСИР). Аятолла наполняет свои сундуки, захватывая всё, что пожелает. В 2013 году агенты «Сетад» выдворили из квартиры 82-летнюю бехаистку и конфисковали имущество после долгих преследований. Захват земель, принадлежащих религиозным меньшинствам и политическим соперникам, — обычный день в жизни этой команды, интересы которой простираются от недвижимости до телекоммуникаций и разведения страусов. Все это делается с благословения Аятоллы Хаменеи.

Список можно продолжать, но у нас не хватит времени. Уровень коррупции и богатства лидеров Ирана показывает, что те, кто правит Ираном, больше напоминают мафию, чем правительство.

Во внешней политике миссия режима по распространению революции привела к длящейся десятилетиями кампании идеологически мотивированного насилия и дестабилизации за рубежом. Асад, Ливанская группировка «Хезболла», ХАМАС, шиитские военизированные группировки в Ираке и хуситы в Йемене тратят миллионы наличных средств режима, тогда как иранский народ выкрикивает лозунги наподобие «Оставьте Сирию, подумайте о нас».

Наши партнеры на Ближнем Востоке страдают от кибератак Ирана и угрожающего поведения в водах Персидского залива. Режим и его соратники в терроре проливают кровь диссидентов в Европе и на Ближнем Востоке.

Действительно, наши союзники в Европе не защищены от угрозы терроризма, поддерживаемого режимом.

В начале этого месяца иранский «дипломат», базировавшийся в Вене, был арестован по обвинению в поставке взрывчатых веществ для террористической бомбы, которая должна была взорваться во время политических беспорядков во Франции. Это все, что вам нужно знать о режиме: в то время как они пытаются убедить Европу придерживаться условий ядерной сделки, они скрытно планируют террористические атаки в самом сердце Европы.

И поскольку борьба с США и разрушение Израиля являются стержнем идеологии режима, режим осуществил и поддержал многие акты насилия и терроризма против обеих стран и наших граждан. В качестве примера могу привести тот факт, что более тысячи американских военнослужащих были убиты и ранены в Ираке самодельными взрывными устройствами, изготовленными в Иране.

Сегодня многие американцы задержаны и пропали без вести на территории Ирана. Бакер Намази, Сиамак Намази, Зайю Вонг в настоящее время незаконно задержаны, а Боб Левинсон числится в пропавших без вести в Иране более 11 лет. Есть и другие. И мы, администрация Трампа, неустанно трудимся над тем, чтобы вернуть этих американцев домой, поскольку они и так слишком долго неправомерно содержатся под стражей. (Аплодисменты)

ПРЕДСТАВИТЕЛЬ АУДИТОРИИ: (Выкрикивает) Президент Трамп сажает в тюрьму детей. Режим Трампа-Пенса похищает детей. Трам и Пенс —

ГОССЕКРЕТАРЬ ПОМПЕО: Несмотря на – несмотря на режим —

АУДИТОРИЯ: (Неодобрительный шум)

ПРЕДСТАВИТЕЛЬ АУДИТОРИИ: (Неразборчиво)

АУДИТОРИЯ: (Неодобрительный шум)

ПРЕДСТАВИТЕЛЬ АУДИТОРИИ: (Неразборчиво)

АУДИТОРИЯ: США, США, США, США, США, США, США, США, США, США.

ГОССЕКРЕТАРЬ ПОМПЕО: Спасибо.

ПРЕДСТАВИТЕЛЬ АУДИТОРИИ: (Неразборчиво)

ГОССЕКРЕТАРЬ ПОМПЕО: Если бы – если бы и в Иране была такая же свобода слова. (Приветственный шум и аплодисменты)

Знаете, несмотря на очевидную историю агрессии режима, Америка и другие страны потратили годы, пытаясь найти умеренного политика. Это как иранский единорог. (Смех). Революционные цели режима и желание совершать акты насилия не сформировали ни одного лидера Ирана, которого хотя бы отдаленно можно было бы назвать умеренным или государственным деятелем.

Некоторые считают, что Президент Роухани и Министр иностранных дел Зариф соответствуют этому описанию. Правда заключается в том, что это просто облагороженные подставные лица с международной фабрики мошенников аятолл. Их ядерная сделка не превратила их в умеренных политиков; она превратила их в волков в овечьей шкуре. Правительства всего мира беспокоятся о том, что противостояние с Исламской Республикой наносит ущерб делу умеренных политиков, но так называемые умеренные политики режима в действительности являются жестокими исламскими революционерами с антиамериканской, антизападной программой. Достаточно их собственных слов, чтобы понять это. И в этом отношении данные свидетельствуют о том, что их программа является также антииранской.

Абсолютная приверженность режима Исламской революции означает, что он не может принять идеи иранского общества, противоречащие ей или подрывающие её, — в отличие от того, что мы только что сделали сегодня вечером. Именно поэтому режим в течение десятилетий бессердечно подавлял права человека, достоинство и основные свободы собственного народа.

Именно поэтому полиция Ирана задержала иранскую гимнастку-тинэйджера за то, что она опубликовала в Инстаграмме видео, в котором она танцует.

Именно поэтому режим арестовывает сотни ахвази, членов арабского сообщества, которое находится в меньшинстве в Иране, когда они выступают с требованием уважать их язык и основные верования. Правительственная полиция нравов избивает женщин на улицах и арестовывает тех, кто не хочет носить хиджаб.

О недавнем случае с активистом «Белой среды» — один активист был недавно приговорен к 20 годам заключения за протест против обязательного ношения хиджаба.

Желание поддержать Исламскую революцию приводило, в первую очередь, к грубому подавлению свободы вероисповедания в Иране, часто с варварским исходом.

В прошлом месяце обычный человек, водитель автобуса, отец двоих детей и член иранской общины суфиев «Дервишей Гонабади», был осужден и приговорен к смертной казни. Его приговор имел сомнительную основу, связанную с жестокими столкновениями между силами безопасности и дервишами. По имеющимся данным, ему отказали в доступе к адвокату до и во время этого совершенно несправедливого судебного процесса. Этот человек, г-н Салас – и его сторонники – постоянно утверждали, что он невиновен, по имеющимся данным, заявляли, что его пытали, чтобы получить признание насильственным путем. К сожалению, 18 июня г-н Салас был повешен режимом в тюрьме.

Его смерть была частью более масштабных гонений, которые начались в феврале, когда, как минимум, 300 суфиев требовали освобождения их незаконно арестованных товарищей по вере. В настоящее время сотни суфиев-мусульман в Иране томятся в тюрьме из-за своих религиозных верований; по данным, несколько человек погибло от рук жестоких представителей сил безопасности режима.

Среди арестованных – 91-летний лидер д-р Нур Али Табанде, который находился под домашним арестом, как минимум, в течение последней части четырех месяцев – большую часть четырех месяцев. Ему необходима срочная медицинская помощь.

Религиозная нетерпимость режима в Иране затрагивает не только мусульман-суфиев. Это касается христиан, евреев, суннитов, бахаистов, зороастрийцев и членов многих других групп в Иране, которые живут в страхе, что их следующая молитва может стать последней для них.

В том, как обращаются с религиозными меньшинствами в Иране, нас более всего огорчает то, что они существовали задолго до режима. Они являются исторической частью богатого полотна древней и яркой иранской цивилизации. Это полотно было разорвано исполнителями-фанатиками в черных одеждах. Когда подавляются другие верования, лицом Ирана становится автопортрет аятолл и КСИР.

В ответ на многочисленные ошибки правительства, коррупцию и нарушение прав, с декабря иранцы участвуют в уличных протестах, самых длительных и мощных с 1979 года. Некоторые выкрикивают лозунг: «Народ в нищете, а муллы живут, как боги». Другие решили закрыть Большой базар в Тегеране. Люди жалуются на разное, но у всех, выказывающих недовольство, есть общее: плохое обращение со стороны революционного режима. Иранцы хотят, чтобы ими управляли с достоинством, уважением и подотчетностью. (Аплодисменты)

Режим – это важно. Жестокая реакция режима на эти мирные протесты отражает нетерпимость, порожденную этим революционным восприятием мира. С прошлого января режим встретил новый год арестами до 5 000 представителей своего народа. Они мирно призывали к лучшей жизни. По данным, сотни остались за решеткой, некоторые погибли от рук собственного правительства. Лидеры цинично называют это самоубийством.

В целом, ясно, что идеология режима привела к возмущению многих иранцев, поскольку они не могут назвать свою родину «нормальной» страной.

Они знают, что конституция, которая провозглашает экспорт Исламской революции, разрушение соседей и ограничение гражданства, не является нормальной.

Обычные иранцы знают, когда их правительство пытает собственный народ – это ненормально.

Получать многочисленные санкции Совета безопасности ООН – ненормально.

Поощрять лозунги «Смерть Америке» и «Смерть Израилю» – это ненормально.

Быть государством-спонсором террора номер один – тоже ненормально.

Иногда кажется, что мир утратил восприимчивость к авторитаризму режима внутри страны и его кампаниям насилия за рубежом, но гордый иранский народ не безмолвствует в отношении многочисленных злоупотреблений своего режима.

США при Президенте Трампе тоже не безмолвствуют. (Аплодисменты)

В свете этих протестов и 40 лет тирании режима я хочу сказать народу Ирана следующее: США слышат вас, США поддерживают вас, США с вами.

Когда США видят ростки свободы, пробивающиеся сквозь каменистую почву, мы заявляем о своей солидарности, потому что много лет назад мы тоже делали первые трудные пути на пути становления свободной страной.

В настоящее время США проводят кампанию дипломатического и финансового давления, чтобы перекрыть доступ к финансам, которыми режим пользуется для собственного обогащения и поддержки смерти и разрушения. (Аплодисменты). На нас лежит обязательство по оказанию максимального давления на способность режима производить и перемещать средства, и мы это сделаем.

В центре данной кампании – повторное наложение санкций на банковский и энергетический сектор Ирана.

Как мы объясняли в течение последних нескольких недель, мы делаем упор на работе со странами, импортирующими сырую нефть из Ирана, чтобы привести импорт как можно ближе к нулю к 4 ноября. Ноль.

Недавно — (Аплодисменты). Недавно, в рамках этой кампании, мы ввели санкции против террористической военизированной шиитской организации «Сарайа аль-Аштар», действующей на территории Бахрейна, и вместе с ОАЭ мы разрушили сеть обмена валюты, которая переводила миллионы долларов Корпусу стражей исламской революции.

И многое ещё будет сделано. Лидеров режима – особенно возглавляющих КСИР и силы «Кудс», например, Касема Солеймани, нужно заставить почувствовать болезненные последствия принятия ими неверных решений. (Аплодисменты). Мы просим все страны, все страны, которые устали от деструктивного поведения Исламской Республики, присоединиться к нашей кампании давления. Это особенно касается наших союзников на Ближнем Востоке и в Европе, людей, которых десятилетиями терроризировала деятельность жестокого режима.

И вы должны знать, что США не боятся распространять своё послание по радио, телевидению и интернету на территории Ирана. (Аплодисменты). В течение 40 лет иранский народ слышал от своих лидеров, что Америка – это «Великий Сатана». Мы считаем, что эти фальшивые новости его больше не интересуют. (Смех и аплодисменты)

Сегодня каждый четвертый иранец – 14 миллионов человека – смотрит или слушает программы правительства США каждую неделю. И сейчас более, чем когда-либо, необходимо опровергать ложь режима и повторять о нашем искреннем желании поддерживать дружбу с народом Ирана. В настоящее время Наблюдательный совет США по международному вещанию принимает меры для того, чтобы помочь иранцам, находящимся в Иране, обойти и интернет-цензуру. Наблюдательный совет также осуществляет запуск нового телевизионного канала непрерывного вещания на фарси. Он охватит не только телевизионный, но и радио и цифровой формат, а также социальные сети, так что обычные иранцы, находящиеся в Иране и во всем мире, смогут узнать, что Америка на их стороне. (Аплодисменты).

И наконец – и наконец, Америка не боится выявлять нарушения прав человека и поддерживать тех, кого заставляют молчать.

Мы продолжаем выражать обеспокоенность по поводу длинного списка нарушения Исламской Республикой прав человека каждый раз, когда мы выступаем в ООН, и перед нашими партнерами, которые поддерживают дипломатические отношения с этой страной. Мы показываем, что мир следит за ситуацией, и мы не будем молчать, когда дольше всех от режима продолжает страдать собственный народ. (Аплодисменты)

А сейчас мы обращаемся ко всем присутствующим и нашим международным партнерам с просьбой помочь нам пролить свет на злоупотребления режима и оказать поддержку иранскому народу.

Цель наших усилий заключается в том, чтобы однажды уровень жизни иранцев в Иране был бы таким же, как и у иранцев в Америке. (Приветственные крики и аплодисменты)

Иранцы в Америке пользуются всеми свободами, которые правительство предоставляет, а не подавляет. Они свободны в выборе экономических возможностей, которые они считают оптимальными для себя и своих семей, и они могут гордиться своей страной и исповедовать веру так, как считают нужным.

Здесь есть несколько человек, которых я сегодня хотел бы отметить, как воплощающих наши надежды в отношении иранского народа.

Голи Амери приехала в США на первый курс Стэнфорда и основала успешные компании, а также работала в Государственном Департаменте и ООН.

Сюзан Азиззаде была вынуждена бросить всё и приехать сюда в 1979 году. Сегодня она является лидером Федерации иранских евреев США. (Приветственные крики и аплодисменты)

Макан Делрахим – кажется, я его видел, – приехал в Америку со своей семьей, когда ему было 10 лет. (Аплодисменты). Сейчас он помощник Генерального прокурора в Департаменте юстиции – потрясающе. (Аплодисменты).

Мы надеемся, что успех Голи, и Сюзан, и Макана и многих других американцев – американцев иранского происхождения в диаспоре США – напомнит всем иранцам о том, что возможно при правительстве, которое уважает свой народ и управляет в соответствии с принципами подотчетности. Иранцы не должны бежать из родной страны, чтобы жить лучше. (Аплодисменты)

В то время как, в конечном счете, иранский народ определяет направление для своей страны, США, в духе наших собственных свобод, поддержат голос иранского народа, который игнорировался так долго. Мы надеемся, что в конце концов, режим внесет значительные изменения в своей деятельности как на территории Ирана, так и во всем мире. Как сказал Президент Трамп, мы готовы к переговорам с режимом в Иране, но давление Америки снизится только тогда, когда мы увидим весомые, очевидные и устойчивые сдвиги в политике Тегерана.

Думаю, наиболее уместно было бы завершить нашу встречу, цитируя человека, который постоянно и гораздо более красноречиво, чем я когда-либо смогу, выступал за свободу и уважение, — Президента Рональда Рейгана. В 1982 году — (Аплодисменты)

В 1982 году Президент Рейган выступил с речью перед Британским парламентом, которая стала известна как «обращение к Вестминстеру». Он призвал правительства других Западных стран поддержать тех, кто в разных странах мира пытается освободиться от тирании и несправедливости. Его довод был простым и мощным. Он сказал: «Свобода является не исключительной прерогативой немногих везунчиков, а неотъемлемым правом и универсальным правом каждого человека».

Именно поэтому мы также обращаемся ко всем правительствам с просьбой прекратить заигрывать с революционным режимом и скорее прийти на помощь иранскому народу. (Аплодисменты). В тот же день, в том же выступлении Президент Рейган сказал: «Давайте спросим себя: какими людьми мы себя считаем? И ответим: свободными людьми, стоящими свободы и решившими не только оставаться таковыми, но и помочь остальным тоже получить свободу».

Сегодня США осуждают давление, оказываемое недобросовестным правлением на иранский народ, и с гордостью усиливают голоса тех, кто в Иране стремится к тому, чтобы этими неотъемлемыми и универсальными правами человека больше не пренебрегали, а напротив, чтобы их уважали. Мы делаем это, зная, что многие на улицах и базарах говорят от имени тех, кого режим за многие годы заставил замолчать навсегда – тех, чьи любимые, возможно, находятся сегодня в аудитории.

Америка надеется, что следующие 40 лет истории Ирана будут отмечены не репрессиями и страхом, а свободой и реализацией – для иранского народа.

Спасибо. (Аплодисменты)

ГУБЕРНАТОР УИЛСОН: Итак, Вы ответили на все вопросы.

ГОССЕКРЕТАРЬ ПОМПЕО: Мы проведем ещё один раунд. Спасибо.

ГУБЕРНАТОР УИЛСОН: Хорошо, г-н Госсекретарь, у меня были к Вам вопросы, но Вы фактически ответили почти на все достаточно красноречиво.

ГОССЕКРЕТАРЬ ПОМПЕО: Посмотрим, смогу ли я так же ответить, когда я не – когда у меня нет перед глазами текста. (Смех)

ГУБЕРНАТОР УИЛСОН: Итак, позвольте мне начать со следующего вопроса. Реально ли представление о том, что иранский народ когда-либо вернет себе контроль над страной в срок, который мы назвали бы ближайшим будущим?

ГОССЕКРЕТАРЬ ПОМПЕО: Конечно. (Аплодисменты). Конечно же. Конечно. Я всегда напоминаю тем, что считает, что это невозможно, или что это произойдет через века, а не через часы, я всегда напоминаю им, что всё меняется. Бывают моменты разрыва. Бывают времена, когда происходит неожиданное, непредвиденное. Наша революция была одним из таких моментов. Я мог бы привести и другие примеры. Да и все вы тоже.

Мы не знаем, какой момент верный. Мы не знаем, в какой день изменятся действия иранского режима. Но мы знаем, что обязаны сделать все страны мира, чтобы, когда наступит нужное время, когда подойдет нужный момент, реализация этой возможности стала бы более вероятной.

ГУБЕРНАТОР УИЛСОН: Не могли бы Вы резюмировать Ваше великолепное выступление и в нескольких словах сказать, как, по Вашему мнению, лучше всего обеспечить эти преобразования в правительстве Ирана, и как администрация Трампа помогает иранскому народу в его борьбе за освобождение от их теперешней тиранической администрации?

ГОССЕКРЕТАРЬ ПОМПЕО: Итак, Президент Трамп совершенно недвусмысленно выразился не только в заявлении, но и в том факте, что это действительный приоритет для администрации. Думаю, это важно. Можно иметь – можно иметь цель, но если ей не придается достаточная значимость, внимание ускользает и ресурсы ограничены. Президент представил это как вопрос, которому он придает особую важность.

Задача нашей команды ясна. Она заключается в том, чтобы лишить руководство Ирана ресурсов, богатства, фондов, возможности продолжать поддерживать терроризм во всём мире и отказывать людям, живущим в Иране, в свободах, которые они заслужили. Как вам, за 30 секунд? (Смех)

ГУБЕРНАТОР УИЛСОН: Неплохо. (Аплодисменты). Есть мнение, что иранцы, включая студентов и законных приезжих, не могут получить визы в США из-за запрета на переезды. Не могли бы Вы уточнить, какова политика США в отношении тех, кого мы называем «приезжие, представляющие гражданское общество Ирана»?

ГОССЕКРЕТАРЬ ПОМПЕО: Конечно, рад это сделать. Итак, Президент Трамп чётко заявил ряду стран, которые не давали нам достаточной информации, что есть определенные риски для безопасности Америки, и что мы собираемся сделать всё возможное, чтобы в работе с этими странами дополнить информацию, которая нам нужна. Иран продолжает отказывать нам в основных системах обмена данными, которые сотни стран – или, прошу прощения, десятки и десятки стран уже нам предоставили. Мы хотели бы, чтобы Иран это сделал.

Мы всё ещё позволяем студентам приезжать. Студентов много. Уверен, что сегодня здесь есть студенты-иранцы, которые здесь учатся. Мы это приветствуем. Но данная администрация считает приоритетной политику обеспечения соответствующей проверки всех, кто приезжает в страну, чтобы мы могли обеспечить безопасность нашего государства. Таков план. Такова политика. (Аплодисменты)

ГУБЕРНАТОР УИЛСОН: Ну, возможно, на слишком оптимистичной ноте, что могло бы стать основой для урегулирования отношений между США и Ираном?

ГОССЕКРЕТАРЬ ПОМПЕО: Так это всегда возможно. (Смех) И Президент чётко заявил, что факт – я не должен был шутить. Президент чётко заявил, что он бы этого хотел и он бы это приветствовал. Я трижды ездил в Пхеньян, где режим обращается со своими гражданами так, что тоже лишает их свобод.

Президент сказал, что если мы сможем добиться этих перемен, если мы сможем добиться, чтобы руководство приняло стратегическое решение о том, как обеспечить своё благополучие и благополучие своего народа, мы готовы вступить в диалог и обсудить, как можно было бы действовать дальше. Президент заявил, как минимум, однажды, может быть, даже не один раз, что он готов сделать это вместе с руководством Ирана, но не раньше, чем в режиме Ирана осуществятся очевидные, существенные, необратимые перемены, которых я сегодня не вижу. Но я не теряю надежды. (Аплодисменты)

ГУБЕРНАТОР УИЛСОН: Что бы Вы посоветовали студентам – надеюсь, их сегодня много в аудитории, – которые хотели бы принять участие в этой деятельности и работать в Государственном департаменте? Как им лучше подготовиться, и какие трудности могут ожидать их?

ГОССЕКРЕТАРЬ ПОМПЕО: Мы приветствуем всех работящих талантливых патриотов, которые хотят стать частью великолепной дипломатической команды США. Это огромная честь. Я уже почти 12 недель являюсь Государственным секретарем. Команда прекрасная. Моя мудрость для них ничем не отличается от мудрости, которую я передал моему сыну. Если бы он был здесь, то закатил бы глаза. (Смех)

Много работайте, учитесь, говорите правду, где бы вы ни были. У нас много людей, говорящих на разных языках, которые какое-то время жили в других странах и смогли ознакомиться с другими культурами. Этот навык нам крайне нужен в Государственном департаменте. Это то, о чём должны подумать молодые люди, которые хотят сделать великолепную, увлекательную, стимулирующую, важную карьеру в качестве американского дипломата, пока они учатся в колледже и после него; добро пожаловать. Зайдите на сайт state.gov. Его легко найти. У нас много прекрасных должностей для талантливых молодых американцев, которые хотят стать частью нашей замечательной команды. (Аплодисменты)

ГУБЕРНАТОР УИЛСОН: Итак, г-н Госсекретарь, Вы говорили ясно, и, я думаю, всем нам, кто имел честь присутствовать в этой аудитории и в этом здании, посвящённом сохранению и обогащению наследия Рональда Рейгана, ясно, что вы понимаете это лучше, чем, возможно, кто бы то ни было, с кем я сталкивался в течение долгого времени. (Аплодисменты)

Думаю, мы оба помним, что в критическое для истории этой страны время он сказал с улыбкой: «Доверяй, но проверяй». (Смех). Мне кажется, вы донесли свою мысль очень четко, и мы благодарим вас за выдающуюся работу, которую вы проделали с того момента, как Вы закончили военную академию США в Вест-Пойнте, лучшим в своём классе. По моему мнению, это впечатляет. (Аплодисменты) И тот, кто был Вашим противником, когда Вы играли в баскетбол в Лос-Амигос, думаю, что когда он сказал: «Ну, он сделал, что мог», он должен был сказать, что Вы наилучшим образом воспользовались очень щедрым даром Господа, который дал Вам ум, мужество и прямоту. Нам повезло, что Вы у нас есть.

ГОССЕКРЕТАРЬ ПОМПЕО: Спасибо, Пит. Вы очень добры. (Аплодисменты). Спасибо, спасибо. Вы очень добры.

ГУБЕРНАТОР УИЛСОН: Это искренне.

ГОССЕКРЕТАРЬ ПОМПЕО: Вы очень, очень добры. Спасибо, сэр. (Аплодисменты)


Посмотреть источник: https://www.state.gov/secretary/remarks/2018/07/284292.htm
Этот перевод предоставляется для удобства пользователей, и только оригинальный английский текст следует считать официальным.
Рассылка новостей
Введите вашу контактную информацию, чтобы подписаться на новости или изменить параметры подписки.